Ах, Москва

Была ты тройкой, что летит, как птица. Легендой для народов и племен. Когда же ты успела превратиться в торговый центр, в бездумный Вавилон? Бежит толпа, щадят автомобили. Меняешь ты иконы на рубли. Какой тебя отравой опоили? Притом каким обманом завели. Ах, Москва! Ах, Москва! Птица, раненая в сердце. Синеглазой, хлебосольной, православной ты была. И к тебе, и к тебе приезжали иноверцы. И глазели, и дивились на златые купола. Ах, Москва! Ах, Москва! Остановленная песня. По святым местам и храмам непотребный бродит люд. И никто, и никто лба себе не перекрестит, и на паперти мальчишки сигареты продают. Не раз беда, как туча нависала. И негодяи жгли красу твою. Но не сдавалась ты и воскресала назло врагам у бездны на краю. Душа моя, судьба моя и песня. Я на тебя надеюсь и молюсь. Очнись, великий город и воскресни! И за тобою вслед воскреснет Русь. Ах, Москва! Ах, Москва! Птица, раненая в сердце. Синеглазой, хлебосольной, православной ты была. И к тебе, и к тебе приезжали иноверцы. И глазели, и дивились на златые купола. Ах, Москва! Ах, Москва! Остановленная песня. По святым местам и храмам непотребный бродит люд. И никто, и никто лба себе не перекрестит, и на паперти мальчишки сигареты продают. Ах, Москва. Ах, Москва! Ах, Москва! Птица, раненая в сердце. Синеглазой, хлебосольной, православной ты была. И к тебе, и к тебе приезжали иноверцы. И глазели, и дивились на златые купола. Ах, Москва! Ах, Москва! Остановленная песня. По святым местам и храмам непотребный бродит люд. И никто, и никто лба себе не перекрестит, и на паперти мальчишки сигареты продают. Ах, Москва! Ах, Москва! Беспросветными ночами ты, я знаю, вспоминаешь годы прежние свои. Ах, Москва, ах, Москва! Утоли мои печали, чтобы мне не помешаться от печали и любви. Ах, Москва!