Борис Годунов, действие I картина 1: "Не сетуй, брат"

Не сетуй, брат, что рано грешный свет покинул. Верь ты мне, нас издали пленяет роскошь и женская лукавая любовь. Помысли, сын, ты о царях великих. Кто выше их и что же? О, как часто, часто они сменяли свой посох царский и порфиру, и свой венец роскошный на инока клобук смиренный. И в кельи святой душою отдыхали. Здесь, в этой самой келье, в ней жил тогда Кирилл Многострадальный, муж праведный. Здесь видел я царя. Задумчив, тих, сидел меж нами Грозный. И тихая речь из уст его лилася, и в очах его суровых раскаяния слеза дрожала. И плакал он. А сын его Феодор, он царские чертоги преобратил в монашескую келью. Бог возлюбил смирение царя, и Русь при нем во славе безмятежной утешилась. А в час его кончины свершилося неслыханное чудо. Палаты исполнились благоуханья. И лик его, как солнце, просиял. Уж не видать такого нам царя. Прогневали мы Бога, согрешили, владыкою себе царя-убийцу нарекли. Давно, честной отец, хотелось мне тебя спросить, каких был лет царевич убиенный? Он был бы твой ровесник и царствовал. Но Бог судил иное. Ади со преступленьем вопиющим заключу я летопись свою. Брат Григорий, ты грамотой свой разум просветил, тебе мой труд передаю. Описывай, не мудрствуя лукаво, все, чему свидетель в жизни будешь. Войну иль мир, управу государей, пророчества и знамения небесные. А мне пора, пора уж отдохнуть.