Солярис

Мой Солярис, едва земли касаясь, Мчит меня в шестое место за ночь. Спит Москва, но фраера гуляют. Жги, братва, мы едем до Беляево. Эх, цыганские повадки, карты, бары, Тратим бабки. Где нам девка улыбнется, там и оформляем браки. Мерзлой кашей под ногами развалилась мостовая. Ой ты, молодость шальная, водочкой пролью тебя. Ветер студит руки, мне уже не слушаются пальцы. В рай потеряны билеты, но я влезу туда зайцем. Для пропойцы нету разницы, куда отправиться. Пропустил метро за графинчиком траварицы. Я уважаю тех, кто умеет останавливаться, Но барменом я уже ору, мол, наливайте, псы! Смутно помню, что последним вроде шотом было виски. Что-то дальше тоже было перед носом половицей. Брат, Увози меня отсюда, бога ради. Смрад И позор терпеть, какой бы это стати? Да, Годовую дозу выпил за неделю. Брат, Вези меня туда, где менестрели. Вновь Солярис, едва земли касаясь, Мчит меня в седьмое место за ночь. Спит Москва фонарным желтым перламутром. Жги, братва, покуда ночь еще не утро. Пятница просит залить ее алкоголем, А я уважаю женщин. Двести грамм расцветут по пути в авто. Москва раздвинет ноги, возьмет за плечи. Лето не вечное, печень ржавеет, Детство похоже на кляксу. Помню, мы во дворе выбирали невесту. Они катят навстречу коляски. Я на крыльях Икара, и солнце меня поутру поцелует Свинцом в висок. Но умрет вчера уж не раньше, чем я свою Водку укутаю в яблочный сок. Вот и все, браток, тут таков итог. Больше танцев, слов, меньше тормозов. Пейте горькую сладко за мои бабки. Улыбнись сегодня, поплачем завтра. Мой Солярис, едва земли касаясь, Мчит меня в восьмое место за ночь. Спит Москва, но фраера гуляют. Жги, братва, мы едем до Беляево.