Златорукий

Черви путого моей цариц обвалила хандра. Зов в тебе от очей боли Златая кора. Ею блеск солнца мое и проклятье на себе Крепких замках. Не могу следа поднять на рассвете, Лишь на вес шепот во тьмах. Не держу свечей я, и парков трап не Ношу наряд. Я по морю руками грязными Запустели сад. Промою жену в законах, рассужу Маревом воду. Косынки тяну прохожих на Свою беду. Я ведь не знаю Неутолимую печаль. Что краше на свете, ценнее, чем Этот хлад? К чему оморяние тех, кого Бегущих вдаль? Свет уж в ауках, где багряный сияет Саван. Не жизнь Сама Лебеда В этом брошенном теле. Химия косов, печи, бель, наша. Все части природа в мятеже. Единственной Красотой пойдут в кошмар. Кровью яркой по коже Провалит хлад. Течет поток, озаряя положенный Час. Чернокостья бог бедовонок, он Видит в ад. Злата рукой и грудь в Балагане стихает Вой.