Тук-тук-тук, открой дверь: Давно-давно это было

Давно, давно это было. В одинокой хижине среди гор жили старик и Старуха. Добрые старики были. Птицы и звери к ним дорогу знали. Добрые да бедные. Говорят, богатство бедных это дети. Но не было у стариков ни детей, Ни внуков. Тоскливо в хижине зимой, Да и летом не радостно. Сколько сказок, сколько песен колыбельных в Памяти берегу. А для кого? По дорогам ходит Сон. Тихо-тихо Ходит он. Спят вороны На заборе. Нен, нен, нен, курори, Курори. Лодки спят на синем Море. Заяц спит в своей Постельке. Спи, малышка, в Колыбельке. Нен, Нен, нен, курори, Курори. Возле дома Ходит сон. Тихо-тихо Ходит он. Ну, не горюй. Давай споем что-нибудь повеселее, А? Коршун, коршун, покружи. Сутантон, сутантон. Бей, ворона, в барабан. Сутантон, сутантон. Воробей, сыграй на флейте. Сутантон, сутантон. Воробей, сыграй на флейте. Сутантон, сутантон. Пиру, пиру! Коршун нам подпевает. И воробью слышали. Только птицы нам и подсвистывают. Нет, меня этим не утешишь. Ну, мне твоя печаль понятна. Я сплел из бамбука колыбель, горный ветер прилетает Качать ее. А в ней пусто. Ну что поделаешь? Да, видно, такова наша доля. Да. Ну, я пойду в горы, соберу хворост для очага. Отправлюсь и я к реке, постираю белье. Пошла старуха. Узенькой тропинкой к реке спустилась И только нагнулась к воде, видит: Цумбуку-камбуку, цумбуку-камбуку Плывут вниз по реке две большие дыни. Одна бурая, как черепаха, другая золотая, Как солнце. Горькая дыня, плыви к той стороне. Сладкая дыня, плыви сюда ко мне. Ой, плывет, Плывет сюда. Вот она, золотая дыня, Прямо к ногам волной прибило