Лабиринт

Мы можем быть уличнены в чем-то. Вы возбуждены, когда читают девчонки. В коротких шортах Раш, Ева в платье. Такое минимальное платье. Только я и она, я и она. Клубника, абсент, кубики льда. Только я и она, я и она. Огонь и металл, стекло и вода. Санкт-Питер, алхимия любви. С храмов наблюдают ангелы и львы. Алые закаты плетут веки. Вдоль Невы подводные дворцы. Город-лабиринт, мистиков и религий. На стыке эпох открытая книга. Символы света повсюду. Кто это видит? На ладони земли вы лежит Атлантида. Тихо-тихо, океан спокоен. Океан спокоен под одной волной. Нас качает на полюсах голод и запрет, Жажда и страх. Тут упрямо стреляют по крыльям. А остаться собой без камней и пыли. Тут крупные игры навылет. Город-лабиринт, дающий силы. Построенный по древним формулам мегамасонов. Сам Люцифер сюда спускался по глухим лестницам Ротонды. В водных каналах умирали со стоном те, Кто продали душу городу, глядя суицидниками на мост. Во дворах колодцах тонет даже самый громкий крик. Питер выпал Тыковой даме, как Маяковскому выпало в Рыль. Треугольники со всевидящим оком внутри. СПБ пожирает странников на пути, Как демон Лилит. И я цитирую Ире в стенах Огромной квартиры стихи поэтов, Что мы в школе нет, не проходили. Под голоса Бэт Ди нас тянет в эти лабиринты Магнитом. Мимо Эрмитажа вдоль Невы к иберийским Сфинксам и зенит. Энергия струится сквозь могильные плиты и монолит. Здесь не проходят гудки, сильно фонит и давит в Виски. Иногда я слышу, как бьют каблуки о полы, Натертые мастикой. Шикарные балы, кареты-призраки и слуги тьмы. Мы можем быть уличнены в чем-то. Вы возбуждены, когда читают девчонки. В коротких шортах Раш, Ева в платье. Такое минимальное платье. Только я и она, я и она. Клубника, абсент, кубики льда. Только я и она, я и она. Огонь и металл, стекло и вода.