Дочь болотного царя: В ту осень

В ту осень викинг рано вернулся домой. Много пленных и богатой добычи привез он с собой. Среди пленных был один молодой воин, Очень смуглый, черноволосый, в одежде совсем иной, Чем у остальных. Говорили, что у себя на родине, В жарких южных краях, он не столь отличался военными Доблестями, как любил проводить время за учеными Книгами. А в его тайных покоях, куда входить разрешалось Только самым доверенным людям, варились какие-то Пахучие снадобья, сушились разные травы, Которые он потом растирал в порошки. Словом, думал он больше не о том, как убивать Врага, а о том, как лечить друзей, Да и всех прочих людей. Был он очень юн и хорош собой. Когда его со связанными руками вели по двору замка, Жена викинга невольно воскликнула: "Как он прекрасен! Словно сам Бальдур". Она имела в виду прекрасного бога света, Которому поклонялись древние скандинавы. "Жалкий трус, Раб безбородый, с презрением сказала Хельга. Надо бросить его бешеным собакам". Даже суровые воины из дружины викинга содрогнулись, Услышав такие слова девушки. Но жена викинга ничего не сказала, Только с болью поглядела на свою приемную дочь. Она-то знала, что пока светит солнце, Хельгой, всеми ее словами и поступками словно Руководит темный злой дух. Но она хранила эту тайну про себя, Боясь, что если кто-нибудь узнает ее, Пусть даже сам викинг, девушку сочтут колдуньей. Однако вечером, когда село солнце и красоту жестокой Хельги, как обычно, сменило уродство кроткой жабы, Жена викинга не удержалась и высказала ей все, Что наболело у нее на душе. "Если б знал кто-нибудь, как я страдаю из-за тебя И как тебя жалею". Безобразная жаба Устремила на нее большие печальные глаза и, Казалось, понимала все. "Но, видно, сильна материнская любовь, Если я молча терплю все твои злые выходки вот Уже сколько лет. Только ты-то сама никого не любишь. Неужели сердце у тебя холодное, Как тина болотная, из которой ты вышла?" Тут болотная тварь вздрогнула, съежилась, Словно ее больно задели эти слова, И, жалобно проквакав что-то, забилась в темный угол. "Но придет и твой час испытаний, Ты еще узнаешь, какие муки приносит любовь. Ах, лучше бы мне не видеть тебя никогда и Не знать", сказала жена викинга и, Горько расплакавшись, ушла на другую половину Комнаты. Жаба долго сидела в своем углу, Лишь изредка испуская тяжкие вздохи. В доме викинга все спали, огни были давно погашены, Только в круглом очаге пиршественной залы тлели Недогоревшие угли. Вдруг Жаба приподнялась на всех четырех перепончатых Лапах, прислушалась к тишине и запрыгала к двери. Она встала на задние лапы, неслышно приподняла Щеколду, приоткрыла дверь и заскакала вниз, В пиршественную залу, Словно что-то проснулось в этом странном убогом Существе, какая-то новая сила, Неведомые ранее чувства, которые заставили ее Действовать сейчас так разумно и решительно. На столе еще стояли неубранные блюда с обглоданными Костями, узорные чаши с недопитым вином, Валялись ложки и ножи. Жаба прихватила один из них. На полу возле очага лежали приготовленные наутро Сухие щепки. Жаба выбрала самую длинную, поднесла ее к тлевшим Углям и с горящим факелом спустилась вниз, В сырое каменное подземелье, куда заточили юного Пленника. Она с великим трудом выбила железный засов, Которым была заперта его дверь, подошла к спящему Узнику, Дотронулась до него холодной липкой лапой. Пленник вздрогнул и проснулся. Увидев рядом с собой безобразную огромную жабу, Он с отвращением отшатнулся, но жаба перерезала Кожаные ремни, сковавшие руки и ноги юноши, И сделала ему знак следовать за ней. "Это наваждение или колдовство? Воскликнул пленник и даже похлопал себя по плечу, Проверить, не сон ли все это. Неужели под такой безобразной личиной может Скрываться доброе сердце? А впрочем, я сам всегда говорил, что жабы полезные Существа". Жаба кивнула юноше головой, Давая понять, что надо идти за ней, И, миновав безлюдную галерею, скрытую от чужих глаз Ковровым занавесом, привела его на конюшню. Она указала ему на белого скакуна. То был любимый конь Хельги. Не теряя времени, пленник вскочил верхом. Жаба последовала за ним и, протянув холодную Перепончатую лапу, тронула повод. Пленник не стал мешать ей, и жаба пустила коня Галопом по окольной дороге, которую самому пленнику Никогда бы не отыскать. Вскоре они были уже далеко от замка Вихемля. Дикое болото осталось в стороне. Конь затрусил рысцой, петляя по тропинкам вдоль Опушки леса. Начинало светать. Жаба несколько раз порывалась прыгнуть с коня, Но пленник все удерживал ее. Ему не хотелось так просто отпускать ее, Ничем не выразив своей благодарности. Но вот небо заалело, первый луч солнца прорвал Облака и осветил всадников. В то же мгновение гадкая жаба превратилась в Прекрасную девушку. Молодой пленник от неожиданности выпустил поводья из Рук. Конь встал. Хельга соскочила на землю, выхватила из-за пояса нож И замахнулась на юношу. Он отшатнулся невольно. "Трус! крикнула она. Простого ножа испугался. А если бы это было боевое копье? Хм, покрутился бы ты тогда на холодном вертеле. Ну что ж ты не подойдешь поближе, храбрый воин?" Юноша уже успел оправиться от первого испуга. Он сразу смекнул, что неспроста на его глазах Свершилось такое странное превращение. Не обошлось тут без злых чар. Но вместо того, чтобы бежать от безумной девушки или Одолеть ее силой, Он ласково заговорил с ней: "Ты моя спасительница, И я никогда не забуду этого. Лучший мой друг не сделал бы для меня того, Что свершила ты сегодня ночью. Если бы не твоя доброта и отвага, Не видать бы мне больше ясного дня. Но, видно, душу твою омрачили какие-то злые силы, Если ты хотела ударить меня сейчас тем самым ножом, Каким сама же разрезала кожаные ремни, Сковавшие мне руки и ноги. Бедная девушка, как бы мне хотелось помочь тебе!" Если бы молодой пленник занес над Хельгой тяжелый Меч или отточенный топор, она бы не дрогнула и Не отступила. Но его ласковые речи смутили ее. Она уронила руки и, побледнев от волнения, Удивленными глазами смотрела на юношу, Не в силах вымолвить ни слова. "Как бы я хотел вывести тебя из мрака, В каком ты блуждаешь, сама не ведая того. Ты так прекрасна и добра. Твоим жестоким словам я не верю. Это просто слова. За ними кроется какая-то ужасная тайна. Поведай мне ее, не бойся". Говорят, дождевая капля точит камень, А волна морская сглаживает острые скалы. Так добрые слова молодого пленника пробили твердую Стену, за которой так долго оставалось в плену Нежное сердце Хельги. Но подобно молодому ростку, что впитывает Благотворную влагу росы и поглощает теплые лучи Солнца, не ведая о созревающем в нем семени жизни И будущем плоде, так сама Хельга еще не понимала, Что с ней происходит. Она больше не пылала неистовой злобой. Ей не хотелось никого мучить. Напротив, она готова была покориться новым чувствам, Вдруг вспыхнувшим в ней. Было то раскаяние, Печаль Или любовь? Она сама не знала. Не таясь, она поведала свою историю молодому Пленнику. Так открылась тайна дочери болотного царя.