Путь до станции Боль

Путь до станции "Больно". Мне разойтись полюбовно с тобой. Нас ведут на убой, в остальном тут всё ровно. Будь скверу сад тромба, раз нет места укромного, Где каждый каждому ровня. Tell me if you love me. Абстрактный пролог вонзаю в твою долю лобную. Глаза на лоб ползут кобрами. Трек в стиле копро и ранки покрылись уж корками У террора из контры. Я буду вашим искомым, как векон из-под ковчим-то Ковриком. Вырви корни обыденности моей, выпни из Толп тел покорных. Прочти, не запнувшись об окрик, разбуди меня чьим-то Окриком. Экстраверт ты или затворник? Передерни лихо затвор. Закинь за воротник горник, передерни, выйдя во двор. Дразни собак свору, привязанных цепью кем-то за Светофор. И пор поворвы на зеленый, Не сорви, если стучит мотор. Это сердце его матерый мужик на ступню натер. Так мои мысли суровые скрипят, будто давние корки. Мне не нужен твой флер, давно уж впущены в Бошку спорки. Пока iPhone фэйлы с музлом, Если хочешь, бросай в костер ты. Рифмы, тексты и биты все записано на подкорке. И самое важное в загашнике каждого хранится годами, Но важно достать его. Мы заперты смыслами теории жанровой. Пробьется на свет и станет болью проявлена. Искажаем сознание, чтоб найти понимание. Все хотели быть первыми, но осажены крайними. И награда за истину груз усталости в ноль. Продолжает путь сталкер до станции "Боль". Твой заброшенный лидер затерялся внутри. Эти стены из эго в деле слишком крепки. Ты один на один в мире чистой любви. Ухмылялась удача, выпуская кишки. В ожидании чуда день за годом живем. Поэтичные мысли заблевали район. Эти рвотные массы не боюсь потерять. Этим серым прохожим их как вес не поднять. Ну а как по-другому? Депрессивный боец, треугольный ловец, Мой внутренний жрец. Засучив рукава, препарируя слово, Так к великим цитатам припадали по слогу. Я слишком стар, чтоб зачитать порванные гандоны. А ты не в курсе, но рахас лукумов меня Понял. Я слишком рад, когда они верхом на новой Школе потихой избавляют андер от ненужной вони. Ты что-то лопотал, но в это время я уже Летал. Там воронью в калейдоскоп эмпатии смотрели. Про F4323 я раньше и не знал. Так нелинейно мы одновременно в мечтах горели. Самое важное в загашнике каждого хранится годами, Но важно достать его. Мы заперты смыслами теории жанровой. Пробьется на свет и станет болью проявлена. И самое важное в загашнике каждого хранится годами, Но важно достать его. Мы заперты смыслами теории жанровой. Пробьется на свет и станет болью проявлена. И самое важное в загашнике каждого хранится годами, Но важно достать его. Мы заперты смыслами теории жанровой. Пробьется на свет и станет болью проявлена.