Механический сон E

Раньше человек шел, вот он шел с работы, Он идет с работы, там и были рюмочные, Закусочные пиво-речки стояли. Он мог выпить, закусить. Ковыляет душа под трамвайный звон. Привычный маршрут уже давным-давно истоптан. Мелькают недовольные лица нон-стоп. Это мой механический сон. Сквозь серость на смену с этим городом в унисон, Словно растянулся туман над Гудзоном. Шумит эстакада, сигналят, орут или аж до смены Пятнадцать минут и восемьдесят восемь шагов. Снова знакомый жаргон с проходной. Щелкает замок за спиной, словно загон, И неприятный звук станков глушит старый магнитофон. Звенят стаканы, мастерков слышны оры. Это все синдром вахтерши бабы Томы. Появились в настоящем образе. Опять знакомый маршрут, как петля. То ли повтор, то ли души. Что-то эмоции выжмет с меня. Или устал, или грустный. И года утекут, как вода. Мечты не видно, как суши. А я с утра покидаю свой дом и возвращаюсь Под утро. Опять знакомый маршрут, как петля. То ли повтор, то ли души. Что-то эмоции выжмет меня. Или устал, или грустный. И года утекут, как вода. Мечты не видно, как суши. А я с утра покидаю свой дом и возвращаюсь Под утро. Тут вместо кофе запах стали и станочный гул. Чутка помятый такелажник с ноткой перегара. А я в мечтах на море сплю где-то на Берегу, где нету срочных планов, Где время замирает, где мастер не кричит, Швыряя за станок стакан, чтоб слесарь водку в Пятьдесят с утра не опрокинул снова. Мат через мат, куда и кто так лестно пиздят. Махнут рукою вслед и прекратятся споры. А старый тохарь снова подразгонит всю тоску. Так травит байки, хоть в словах отборный моветон о Том, как молодым он вечно уходил в загул. О том, что наш начальник лишь топаный гандон, Словно дурак. А день и ночь это всего лишь Смена. Батрачит работяга, чтоб хватило на кредит, На детям в школу, на машину и на пайку Хлеба. Года проходят быстро, а завод дымит.