Женитьба бригадира Жерара: Я шагал по полю, задумавшись

Я шагал по полю, задумавшись. Из головы не шли доводы стариков и мои Ловкие ответы. Но как же мне быть? Если бы Этьен Жерар перековал свой меч на орало, Это была бы невосполнимая потеря для императора и Для всей Франции. Так что я должен ожесточиться сердцем и отказаться От Мари? Все эти мысли роем теснились в моей голове. В это время из-за туч выглянула луна. И прямо перед собой я увидал быка. Он и под буком показался мне большим. Но тут передо мной стояла просто какая-то громадина. Он был весь черный, голова опущена, Свирепые налитые кровью глаза сверкали при свете Луны. Он бил себя хвостом по бокам, Передние его ноги зарывались в землю. В общем, такое чудовище не привидится даже в Кошмарном сне. Бык медленно, как бы нехотя, двинулся в мою сторону. Я оглянулся и понял, что зашел в поле слишком Далеко. Ближайшим убежищем была гостиница, Но между мною и ей находился бык. И я подумал, что если я покажу этому зверю Английской породы, Что я его не боюсь, Может быть, он мне уступит дорогу. Тогда я презрительно пожал плечами и даже свистнул. Бык почему-то решил, что я вызываю его на бой, И прибавил ходу. Я начал быстро-быстро пятиться, а на бегу я игриво Погрозил быку тросточкой. Наверное, этого не надо было делать. Бык счел это вызовом, хотя бросать ему вызов мне И в голову не приходило. Это было недоразумение, Но недоразумение роковое. Фыркнув, бык поднял хвост И ринулся в атаку. Вы когда-нибудь видели, как нападает бык, Друзья мои? Нет? Это чудовищное зрелище. Нет, человека я не боюсь. Но когда тебе предстоит сразиться с тонной Разъяренной говядины, это совсем другое дело. Что этому животному, да еще английской породы, До моей грациозной позы или смелой непринужденности? С живостью, которая всегда была свойственна моему Уму, я понял, что на моем месте даже сам Император не удержал бы позиции. Значит, оставалось одно бежать. Но бежать тоже можно по-разному. Я удирал, как положено настоящему солдату. Весь мой вид выражал протест. На бегу я улыбался. О, это была горькая улыбка Храбреца, философски относящегося к превратностям Судьбы. Но, друзья мои, я должен сделать одно Признание: если удираешь, паники не избежать. Вспомните гвардию при Ватерлоо. С каждым мгновением грохот копыт чудовища за моей Спиной, его жуткое фырканье становились все громче и Громче. Я смекнул, что скромность лучше доблести, И дунууу во все лопатки. Мчался я к дому Равонов, но вдруг сообразил: Даже если я добегу, спрятаться будет негде. Дверь заперта, а окна забранны решетками. И тут, в минуту наибольшей опасности, Этьен Жерар и показал, на что он способен. Как я уже говорил, открытое окно спальни Мари Находилось как раз над черным ходом. Я понимал, что смогу высоко подпрыгнуть, Ухватиться за подоконник и, подтянувшись, Уйти от опасности. Подпрыгнул я как раз в тот момент, Когда чудовище меня настигло. В великолепном прыжке я уже оторвался от земли, Но в это время бык наподдал мне сзади, И я, как пушечное ядро, влетел в окно и Упал на четвереньки посреди комнаты. Кровать стояла прямо под окном. Слава богу, я благополучно через нее перелетел. Трудом поднявшись на ноги, я огляделся, Желая понять, какие последствия произвел своим Появлением. Кровать была пуста. Моя Мари сидела в углу комнаты в кресле и Горько плакала. Очевидно, родители рассказали ей о Нашем разговоре. От изумления она не могла даже встать и смотрела На меня, разинув ротик. И тут, как всегда, мне на выручку пришла моя Находчивость. "Мари! Воскликнул я. Прости, о, прости меня за внезапность Вторжения. Мари, сегодня я говорил с твоими Родителями, и я не мог уйти, не узнав, Согласна ли ты стать моей женой". Мари вскочила и бросилась ко мне на шею. "О, Этьен, восклицала она, мой замечательный Этьен, Такой любви не бывало никогда. Ты лучше всех мужчин на свете. Вот ты стоишь предо мною бледный, Дрожа от страсти, как тяжело ты дышишь, Любовь моя. И что за безумный прыжок бросил тебя В мои объятия? За секунду до твоего появления я Слышала под окном топот твоего боевого коня". Объяснять больше было нечего. Для губ нашлось иное занятие, но в это время За дверью послышался какой-то шум, кто-то поднимался По лестнице. А оказывается, когда я со страшным грохотом появился В доме Равонов, старики решили, что в погребе Свалилась с козел большая бочка сидра, И первым долгом кинулись туда. Ничего там не обнаружив, они теперь спешили в Комнату дочери. Я распахнул дверь и взял Мари за руку. Вы видите перед собой своего сына. О, какую радость я доставил этим скромным людям! Из погреба была принесена облепленная паутиной Бутылка, и мы все вчетвером снова собрались в Столовой. Я как сейчас помню два улыбающихся Стариковских лица и ее, мою Мари, Которую я завоевал таким странным образом. Когда мы расставались, было уже поздно. Старик вышел со мной в прихожую. "Вы пойдете парадным ходом или черным? Спросил он. Черным короче". "Пожалуй, пойду парадным, сказал я. Этот путь, правда, длиннее, но зато у меня будет Больше времени думать о Мари".