Классика Еже E

Ежеме. 2К25. Хабаровск, Санкт-Петербург. Йо. Подтягивайся до меня, музла повключаю крутого, А трек говно твой. Первое, что мне написал дистрой четырнадцать лет Назад. Ох, ебать! И вот уже он шатается и несется пьяный фристик На эту истину. Братан, не кисни, Мы еще сделаем песни и спустя двадцать, И спустя тридцать. Темный козел, а не рыцарь. Пятьдесят шестая школа, разливнуха возле детской Поликлиники, куда гоняла классуха. Вылет из Пулково и вновь пройдусь по этим улкам. Я Умка, белый медведь на белом снегу. Перед смертью от переохлаждения люди срывают одежду В попытке согреть эту мертвую землю. Айо. Как нас греют эти демки, прожитые моменты, В шапку нищему брошенные монеты. Четырнадцать лет пролетели, как сорок секунд рэпа. Это не то чтобы классика, Ежа, просто текст в Голове всплыл бегущей строкой. Я вспомнил American Boy, American Dream. Если хочешь, и сейчас повторим тот квадрат еще разок С ними. Мы поймаем всех местных на спиннинг, Имея стоник нашивку и полторашку с наживкой. Пацаны смогут выкупить G-Phor, ведь ничего не Меняется, шибко. Я достану заначку и закину за шиворот, И пойдем по трущобам земных широт. Я бы встретил тот утро, чтобы дать утру в Рот. И нехуй спать открытой пастью в городе, Где нет метро. Ты всего лишь пропащий микроб у Микро. Давай будем почаще с тобой обнима--. Там ведь знают, где дно. Ну или пускай будет вверх, запаян. Твои треки говно, я когда-то писал Славе, Теперь хули, слеза он, но мы один хуй наваливаем. Пацаны потом скажут: блять, ну в целом нормально. Рэп это музыка бунтарей брутальных, А я уже устал бунтовать, ведь я старый, Как валежник. Дом, работа и я где-то между. А когда-то у Пахи был ник Паша Нежный. Даричок устроит Паха Нежный. Салют, бля. Ты между... Поставим свечи. Это классика ежемесячных. Дадим по чаю вечером, на балконе нас лечит. Давай сменим пластинку, сожжем все к хуям, Но родимся заново. Родимся заново. Поставим свечи. Это классика ежемесячных. Дадим по чаю вечером, на балконе нас лечит. Давай сменим пластинку, сожжем все к хуям, Но родимся заново. Родимся заново. Опять. Это Ежа, все так же ни о чем Тележим. В колонках музыка для голых, Скидывай свою одежду. Я дарю надежду, позже будет все как прежде. Сперва Хрущев, прогресс, потом застой, Брежнев. А ты не знаешь классики? Да ты пиздец невежда. Фонтаны мертвые всегда, я убил их надежно. Биток балдежный, саундтрек ностальгия. Это как в омут с головой на ногах гири. Сколько воды утекло, сколько лет пролетело. Меня менты все так же везут до райотдела. Пашок судимость погасил, а Славик бросил. Потом найдет в кармане черной куртки.