А в это время по приказу короля

А в это время По приказу короля на Дворцовой площади был заложен Гигантский костер. В день жертвоприношений народ ждал казни колдуньи Намороны. Стража ворвалась в покои несчастной принцессы, Связала ее и бесчувственную вынесла на заполненную Встревоженной толпой площадь. Там, на троне, рядом со своим мужем, Королем Бехкелодиром, Сидела убитая горем королева. Увидев Наморону, она не смогла сдержать душивших ее Рыданий. Но король, сурово посмотрев на нее, Гневно сказал: "Ты, королева мать, оплакиваешь ту, Которая сгубила принца? Эй, стража, факелы сюда!" И забушевало пламя гигантского костра. Король приказал подвести к себе открывшую глаза Наморону и заговорил: "Ты обманула нас, Ты погубила нашего единственного сына. Так пусть же небо покарает тебя, Коварная колдунья!" Только теперь Несчастная дочь далекой звезды Поняла, в чем ее обвиняют. Нет, не смерти боялась она. Она не мыслила жизни без того единственного человека На земле, который был ей всего дороже. Наморона знала, что больше никогда не увидит своего Благородного супруга, прекрасного Чаусутуна. С потухшим, Ничего не видящим взором Она низко поклонилась народу, королю и королеве И тихо-тихо прошептала: "Позволь мне, Благородный король, В последний раз, Как память о твоем сыне, Исполнить свой священный танец". И король Разрешил. Он приказал страже развязать принцессе руки и Принести сверкающую оперением накидку. Медленно Покачиваясь, начала свой танец Наморона. Сейчас она была далеко-далеко на сказочном Озере Лонгона, где была так счастлива со своим Прекрасным Чаусутуном. Зачарованный народ, король и королева не могли Оторвать взора от восхитительного танца прекрасной Птицы. И даже тогда, когда она медленно стала подниматься в Небо, никто не мог вымолвить ни слова. И вдруг Зазвучали торжественные фанфары, Вестники победы, и на белоснежном гарцующем Скакуне на Королевскую площадь въехал Чаусутун. Он приветствовал свой народ, обнажив сверкающий меч, А затем, легко соскочив с коня, бросился к ногам Родителей. Не веря своим глазам, Что сын их Чаусутан жив, как громом пораженные, Стояли король и королева. Ничего не понимая, принц с тревогой обратился к ним: "Король отец и королева мать, вы, Кажется, не рады нашей встрече. Ваш сын достоин называться принцем, Не посрамив свою страну. Но что случилось? Вы пугаете меня. И почему здесь нет моей прекрасной Намароны?" И рыдая, король отец поведал сыну всю горькую Историю, которая случилась здесь Сегодня. Опустившись на колени, Чаусутан снял с груди золотую цепь. Все, что у него теперь осталось. В сверкающем, как искра, волшебном камне, Он увидел ее, благородную Намарону. Она, печальная, прекрасная принцесса, Сидела на мягкой, блестящей от росы траве у озера Лонгона, где когда-то произошла их радостная Встреча. Ее затуманенный слезами взор был устремлен в высокое Голубое небо. У ног ее свернулась огромная красавица змея, Которая вручила принцу лук великого Бахмо. Змея оберегала Намарону, А рядом, как бы утешая Намарону, Опустив на ее плечо свою прекрасную голову, Стояла белоснежная цапля Ноккод. И на другом плече принцессы сидел красноречивый Какаду. Крик радости и надежды вырвался из раненого сердца Чаусутана. Он взлетел на спину верного коня, И тот вихрем взвился, унося своего господина туда, Где на берегу далекого озера его ждала она, Отважная и мудрая Намарона, прекрасная и Благородная девушка-павлин. Но Пустынным было Прозрачное озеро.