Парикмахерская

Нет запахов лучше запахов старых парикмахерских в домах быта, когда ты много лет назад ребенком сидишь там и ждешь своей очереди, стесняясь, что пришел с мамой. Резко глупеющие на вид мужчины выходят один за другим, неизменно проводя по короткому, будто общему затылку, и ты с учащенным сердцем загадываешь, к какой из четырех мастериц попадешь, взвешивая худший и самый прелестный варианты, и попадаешь к той, что хотел – молоденькой, с круглым лицом, ровным пробором, ласковыми руками. В завершение ты, потеряв речь, не просишь ее надушить тебя одеколоном, хотя всегда неизменно просишь, но она душит сама, не спрашивая. И ты, единственный похорошевший здесь за весь день, пунцовый и подкошенный, идешь искать мать, желая быстрее отсюда сбежать, мечтая вернуться сюда через месяц, не зная, что больше ее-ту никогда не встретишь.