Бузина

Сто двадцатый рожица под гроссзимнатом. Это была последняя зима. Ты тоже не зевай, когда падаешь дивана, Как падает икона вниз со старого серванта. Транслирую свой голос мир по старым усылкам тем, Кто летит по нотам бременских музыкантов. Мне затянутый на мертвых узелках, И пусть она на вкус, как вялая бузина. Каменный козинак по ротовым стенам. Я тот еще тиран по вашим мастерам. Мешаю со шпинатом высохший пастернак. Моя постель, как старые мешки из-под зерна. Ловлю сигналы по улице Фрунзе, Ебашу, как дикий на брусьях. Думал, отпустит. Дома мы тусим, нас дома не выпустят. Те, кто любил куснуть, скоро выкусят. Я выдулся весь, теперь летаю на гусях. Отсюда не выпустят, туда не впустят. Не рвусь на тряпки, в этом искусство, Поэтому не жри, если невкусно. Сушу этот рэп без акустики. Из инструментов остались гусли с ебаными мыслями. Все эти огрызки мешаем в корыте и сыпем по Мискам вам этот релиз, блядь. Нарядился осенью на проседь. Была повесть про последний путь, как присказка, Блядь. Как кстати, зачем быть монологом накрыть с Головою. Движение на спокойном под вторым номером. Давай не филонь. Странный цвет обои, фракталом ладонь хватала за Голову. На вкус, как помои на чужой территории. Богохульство сторонних засверкало острием языка. Тень от козырька не давала зыркать наверх. Наспех успех под пьяный смех поспел. Расстрел того, что расстел весь тлен на День города Укушенного там без повода. Прописали бороду на здравый интерес. Привычен недовес, как кот облез за один замес. Сверканье небес. Остался один пейс. В один конец рейс привел модный девайс. В квартире полный легалайз и квас из бузины через Край льется вместе с эмоциями. Сам просто упал в колодец, указывал палец на магазин Колинз. Семь лет не носил джинс. Сам себе джинн. Вдоль стены дым, Но это был пол. Потом перевернул, а вовсе заходите в гости.