Действие IV. Явления 5–8

Робко крадется в тени кустов Петр. Ну, кажись, все в доме спать полегли. Ночь то очень светла. Может, Аксюша и не выйдет совсем побоится, чтоб не Видали. А как нужно то? Эх, ты, подневольная жизнь! Вот дрожит сердце, как овечий хвост, да и шабаш. Ничего собой не сделаешь, и руки ноги трясутся. Эка, эта любовь! Вон тятя говорит, что это баловство одно. На год, на другой это занятие, не больше, а Там сейчас насчет капиталу. Дожидайся, когда она пройдет. А пока что муки то примешь. И как идет? Ты здесь? Давно уж тут путаюсь. Здравствуй! Жива покуда. Видишь, что жива. Ну, говори скорее, некогда, Ведь того гляди, хватятся. С тятенькой у нас опять разговор был. Ну что же он? Подается. Сначала, известно, два часа ругал папа на кабине, а Потом говорит: "Видно, за тебя дурака невесту с Приданым не найдешь. Хоть бы две тысячи за тебя Дали, и то бы ладно". Слышишь? Да ведь негде их взять. Надо доставать. У Раисы Павловны не выпросишь, Нечего унижаться. А ты У братца попроси, Геннадия Демидыча. Что ты! Страшно, да и стыд-то какой. Да ведь уж ау, брат, До самого нельзя вплоть приходит. Нужно же будет ему признаться во всем. Ну что ж, и признайся, он свой человек, От него уж нам последнее решение выйдет. Да, Уж последнее. Да ты поскорее, завтра же чем свет. А в полдень мы с тятенькой придем. Ты мне скажешь. Хорошо, хорошо. Только ты долго этого разговора не тяни. А так и так, мол, до зарезу мне вот И конец. Либо пан, либо пропал. Да, да, да стыда ли тут, когда... Что когда? Когда смерть приходит. Что ты, перестань. Вот что, Петя. Мне все пусто как-то вот здесь. С чего же? Не могу тебе сказать с чего. Я не ученая. Пусто, вот и все. По-своему я так думаю. С детства меня грызет горе да тоска. Вот, должно быть, подле сердца то у меня и Выело. Вот и пусто. Да все я одна. У другой мать есть, бабушка, ну хоть нянька или Подруга, все-таки есть кем слово сказать о жизни Своей, А мне не с кем. Вот у меня все И копится. Плакать я не плачу, слез у меня нет и Тоски большой нет. А вот говорю тебе, Пусто тут у сердца, А в голове все дума, Думаю, думаю. А ты брось думать, Задумаешься—беда. Да нельзя бросить-то, сил нет. Кабы меня кто уговаривал, я бы, Кажется, послушалась, кабы держал кто. И все мне вода представляется. Какая вода? Да вот что, милый ты мой, все меня в Воду тянет. Полно, что ты! Гуляю по саду, а сама все на озеро поглядываю. Я нарочно от него подальше хожу, а так меня И тянет хоть взглянуть. А увижу издали вода там между деревьев мелькнет, Так меня точно сила какая ухватит, Да так и несет к нему, так бы с Разбегу и бросилась. С чего это с тобой грех-то такой? Сама не знаю. Вот как ты вчера говорил, Так это у меня в уме-то и осталось. И дома-то я сижу, так все мне представляется, Будто я на дно иду, а вокруг меня все Зелено. И не то чтоб во мне отчаянность была, Чтоб душу свою мне погубить хотелось. Этого нет. Что ж, Жить-то еще можно. Можно скрыться на время, обмануть как-нибудь. Ведь не убьют же меня, как приду, все-таки кормить Станут и одевать, хоть плохо станут. Что уж за жизнь? А что жизнь? Я и прежде так жила. Да ведь так-то и кошка, и собака живет. Человеку-то, кажись, надо бы лучше. Ах, милый ты мой, а я-то про что говорю? Все про то же. Жить-то так можно, да только не стоит. А как это случилось со мной, не понимаю. Ведь мне не шестнадцать лет, да и тогда я С рассудком была. А тут вдруг Нужда да неволя очень душу сушили. Вот и захотелось душе-то хоть немножко поиграть, Хоть маленький праздничек себе дать. Вот дурачок ты мой, сколько я горя из-за тебя Терплю. Ах ты, горькая моя! И где это ты так любить-то научилась? И с чего это твоя ласка Так душу разнимает, что ни мать, кажется, Никто на свете. Только уж ты, Пожалуйста, Ведь уж мне что же, Уж и мне за тобой не миновать выходит. Нет, ты уж лучше подожди, ну хоть немножко, Да поживем в свою волю. Да что загодя думать-то? Еще вон что твой братец скажет. Конечно, коли есть случай, зачем его обегать? Может, и выручит. Может быть. Ты никого не видал в саду? Так инодь тимьянщик-амарден тут путался. Так ты ступай. Время уж. А ты, Аксюша, Домой что Ли? А то Боже тебя охрани. Домой, домой, не бойся. Ну что мне за ход? У меня теперь хоть Что-нибудь впереди есть. Ну то-то же. Смотри, смотри, Я на тебя В надежде. Петр уходит. Аксюша в отчаянии. Мысль о самоубийстве не оставляет ее. Она в страхе бежит от озера и у беседки Встречается с несчастливцем. Женщина, Прекрасная женщина. Ты женщина или тень? Братец. А, Я вижу, что ты женщина. А я желал бы теперь В эту прекрасную ночь Побеседовать с загробными жителями. Братец. Много тайн, Много страданий унесли они с собой в могилу. Душа моя мрачна, Мне живых не надо, Мне нечего говорить с живыми. Прочь! Братец, и я много страдала. Я страдаю. Ты? Я. Я очень несчастна. Несчастна? О, если ты несчастна, тогда поди ко мне. Поди на грудь мою. Я два раза тебе брат, брат по крови и Брат по несчастью. Братец, я виновата. Ты? Да можешь ли ты быть виновата? Ты такая юная, такая прекрасная. И перед кем же? Я виновата перед всеми, Перед собой. Я люблю. Дитя мое, Люби кого хочешь. На то тебе Бог дал сердце, чтобы любить. Что вы говорите любить? Я люблю, не помня себя. Но мне нужно выйти за него замуж. Нужно, Нужно. А кто ж тебе мешает? Люди мешают. Люди, которые власть имеют. А ты их не слушай. Иди за того, кого любишь. И да будет над тобой мое благословение. Он не женится на мне без приданого. Отец ему не позволяет. Нужно приданое, а его у меня нет. Какой вздор! Счастье дороже денег. Мне нет счастья без денег. А много ли денег нужно? Две тысячи рублей. Какие пустяки! И неужели Раиса Павловна откажет тебе в такой Малости? Откажет. Меня держат из милости, кормят из милости. Смею ли я еще просить приданого? И от такой ничтожной суммы зависит счастье девушки, Счастье молодой души. Нет, не счастье, А жизнь. Жизнь. Силы небесные. Так ли ты сказала? Так, братец. Боже! Наконец-то Неужели я вижу женщину? И любовь твоя не простая прихоть. И ты готова На все жертвы. Много жертв я принесла этой любви. А жизнь моя так горька, так горька, что ее И жалеть-то не стоит. И ты без страха. Без страха хоть сейчас. Ангелы божии, Покройте ее своими крылами. Братец, не сердитесь на меня, не подумайте обо мне Дурного. Мне так тяжело сказать вам. Говори, говори. Братец, мы жили с маменькой очень Бедно. Я была ребенком, но я ни разу не Поклонилась, ни разу не протянула руки богатым Родственникам. Я работала. Теперь, братец, только вас одного я прошу. И то ночью, благо не видно стыда на щеках Моих. Братец, вы богатый, одинокий. Дайте мне счастье, дайте мне жизнь. Дитя мое, дитя мое. Если бы не страх стыда за мою грешную любовь, Я бы никогда... Будьте мне отцом. Я девушка добрая, честная. Я научу маленьких детей моих Благословлять вас, Молиться за вас. Замолчи, Замолчи, Дитя мое. Я преступник. Я мог иметь деньги, Мог помочь тебе, Мог сделать тебя счастливой. И я промотал. Я прожил их беспутно. Я их втоптал в грязь вместе со своею молодостью, Жизнью. И вот когда они нужны, Их нет у меня. Если б я знал, Если б я только знал, я бы питался одним Хлебом, я бы ходил в рубище и каждый рубль Зашивал в это рубище. Мы пьем, шумим, представляем пошлые фальшивые Страсти, хвастаем своим кабацким геройством. А тут бедная сестра Стоит между жизнью и смертью. Плачь, пьяница, Плачь Братец. Прости меня, Прости. Я бедней тебя. Я прошел пешком сотни верст, чтобы повидаться с Родными. Я не берег себя, я берег вот это платье, Чтобы одеться приличнее, чтобы меня не выгнали. Ты меня считаешь человеком? Благодарю тебя. Ты у меня просишь тысячи. Нет их у меня. Эх, сестрица, Не тебе у меня денег просить, А ты мне Не откажи В пятачке медном, Когда я постучусь под твоим окном И попрошу Опохмелиться. Мне Пятачок. Пятачок. Вот кто я. Ох! Ох, еще, горе. Еще обман моему сердцу. А я, глупая, понадеялась. Разве я смею надеяться? Разве есть для меня надежда? Прощайте. Куда она? Она бежит, Срывает с себя платок. Она уже у берега. Нет, нет, дитя, тебе рано умирать. Стой, сестра, стой! Куда это он? Уж не топиться ли? Вот хорошо бы, туда ему и дорога. Пойду в беседку, заберу библиотеку и прощай. Доберусь до какого-нибудь театра. Несчастливцев несет на руках Аксюшу и бережно Опускает ее на траву. Нет, Нет, дитя мое, Как ни велико твое горе, А умереть я тебе не дам. Тебе надо жить. Ты еще так молода, Тебя заело горе. Наскучила тебе твоя молодая жизнь. Брось это горе, Забудь эту жизнь. Начнем новую, сестра, для славы, Для искусства. Ничего не знаю, Ничего не чувствую. Я мертвая. Отдохнуть мне. Ты ничего не знаешь. Нет, дитя мое, ты знаешь больше других. Ты знаешь бури, знаешь страсти и довольна. Делайте, что хотите. У меня впереди ничего нет. Куда вы меня зовете? Зачем вы меня зовете? Что там я не знаю, хуже не будет. И там Есть горе, дитя мое. Но там есть и радости, которых другие люди не Знают. Зачем же даром изнашивать свою душу? Кто здесь оценит эти перлы, эти бриллианты слез? Кто, кроме меня? А там, о, если половину этих сокровищ ты бросишь Публике, театр развалится от рукоплесканий. Здесь на твои стенания, на твои стоны нет ответа, А там за одну твою слезу Заплачут тысячи глаз. Эх, сестрица, посмотри на меня. Я нищий, жалкий бродяга, а на сцене я принц. Живу его жизнью, мучусь его думами, Плачу его слезами над бедной Офелией и люблю ее, Как сорок тысяч братьев любить не могут. А ты, Ты молода, прекрасна, у тебя огонь в глазах, Музыка в разговоре, красота в движениях. Ты выйдешь на сцену королевой И сойдешь со сцены Королевой. Так и останешься. Я убита, братец, убита. Ты оживешь, сестра. Первые звуки оркестра воскресят тебя. А Петя? Сестра, Ты женщина, А женщины забывают скоро. Ты забудешь его, как забывают все свою первую Любовь. Решайся, Дитя мое. Как вам угодно. Я готова на все. Ты будешь Моею гордостью, Моею славой. А я буду отцом тебе, дитя мое, буду твоею Нянькой, твоею горничной. Такую ночь грешно спать. У меня есть несколько ролей, Я тебе почитаю. Эту ночь Я отдаю тебе. В эту ночь Я посвящаю тебя в актрисы. В глубине сада появляется Аркашка с узелком. Стой, беглец! Я великодушен, Я тебя прощаю. Торжествуй, Аркашка! У нас есть актриса, мы с тобой Объедем все театры и удивим Всю Россию. Раиса Павловна Гурмыжская с Булановым в лодке. Я люблю природу. А ты не любишь? Тебя не трогает эта луна, Эта свежесть, этот воздух? Посмотри, как блестит озеро, какие тени от деревьев. Ты холоден ко всему. Нет, как холоден? Я ведь как прикажете. Я только не знаю, что вам угодно, Что вы любите. Ну а как ты думаешь, Что я люблю? Луну-с. Мой милый, я луну любила, это давно прошло. Мне не шестнадцать лет. Родственников-с. Как это мило! Он взял Марицу И родственников. Виноват-с. Говори, говори. Я приказываю. Не знаю-с. Тебя, дурак, Тебя. Ну вот так-то лучше, Раисонька. Давно бы ты. А то что я здесь так Столько времени. С ума сошел. Пошел прочь, негодяй. Неужто придумал, мальчишка. Мальчишка. Кузя в юбках Раиса Павловна выскакивает из лодки и Убегает. Что я сдуру то наделал? Завтра же меня отсюда, завтра же меня отсюда в Три шеи. Виноват. Слышать ничего не хочет, знать ничего не хочет. Пропал, пропал, пропал, Пропал.