Дурка E

Выучено, что деревья так долго не живут, Разве что секвойи. Так стыдно сделать, что ничего не помню, Чему учился. Давай, давай, постарайся, Вася. Эй. Мама ждала, но я лучше так и не стал. Все было другим, теперь всему прохожей пизда. Плыву, как брошенный родиной чужой устав, Старина Бродский, мостак с Бруклинского моста. Хочу обратно туда кнопкой отмотать просто, Где супа и нем писал я Снупа поверх Сережки Жукова на кассетку бас в девяносто. Ебать, я пахуха Микоза Ностра. Я рэпер или Хоакин? Вот ты скажи мне, брат, мы стали кем, Если внутри пусто, как манекене. Тут притарен нивелир ноль пять литра, Если придавит ветра палитра, курю до фильтра, Смотрю вам в окна. Я мог бы стать рекою с темною водой, Но в ноябре как-то неохота мокнуть. Я мог бы закопаться в твоих локонах, Как окунь, но ты же сама знаешь, все это Ведь ненадолго. Все так и но, хай, как будто не с Тобой. Это мутка, черновик, все мираж, Будет много дублей. А тут все повязано, купли и продажи, И мы, блядь, тут даже в море с душой На угли. Буду молчать, как полог, Набуханный суббота умрет в полночь, Но родит мне строчку под утро. Хоть и худой, как киевский форточник, Помни, мир кончится в один из дней солнечных. Живи. А теперь, Иван Арнольдыч, Мгновенно эту штучку в рот кинь и повтори, Пока горим. А пес его знает, какой смысл этой Возни, но завтра по-любому проснись, Не позже восьми. Не юморю, как Ургант, под медикаментами Петербурга. Жизнь дунет и не оставит окурка. Умей испугать восторга. Моя голова дурка. Не юморю, как Ургант, под медикаментами Петербурга. Жизнь дунет и не оставит окурка. Успей испугать восторга. Моя голова дурка. Я не юморю, как Ургант. Я не юморю, как Ургант. Как Ургант. Нет, не юморю, Как Я не юморю, Ургант. Я Как Нет, я не юморю, Как Ургант.