Колыбельная

Пестрые зонтики глянцев витрин Взмоют над небом Москвы. Лучший наркотик на свете один, Имя ему только ты. Если вдруг душе твоей закружит белый Снег, я своей ладонью растоплю Его. Спи спокойно, мой блаженный Чудо-человек. Где-то над Землей, На краю Вселенной крыльями за Плечи обнимай, Крыльями за плечи обнимай меня. И пусть нас затянет столичная Смурь, Мне и не больно нисколько. Ты же моя психоделиная Дурь, Мой неземной алкоголь. Если вдруг в душе твоей закружит белый Снег, Я своей ладонью растоплю его. Спи спокойно, мой блаженный Чудо-человек. Где-то над Землей, На краю Вселенной крыльями за плечи Обнимай, Крыльями за плечи обнимай меня. В медленном танце света где-то на грани Вдоха я запускаю в небо Цеппелины свои. Ты скоро увидишь это под дымом холодных Окон, и все они будут только Твои. Если вдруг душе твоей закружит белый Снег, я своей ладонью растоплю Его. Спи спокойно, мой блаженный Чудо-человек. Где-то над Землей, На краю Вселенной крыльями за плечи Обнимай, Крыльями за плечи обнимай, Крыльями за плечи обнимай меня.