На крыше

Сегодня дурацкое настроение. Ничего, сейчас поправится. Вчера с ребятами были, как--я не знаю, Что вообще. О, слушай, там вообще круто, Да? Кстати, видишь, вон там на судно это нормально. Чё? Макс, догоняй давай, где там? Я тут по ящику видел фильм "Черней быть не Может". Что же там происходит? Неужели так мир ничтожен? Я встревоженно вышел на дома крышу, Взял бинокль с собой в надежде, что увижу я Совсем другую картину. Вижу паутину городских дорог, а лишь безмолвную Равнину наносит до меня, уносит всё сквозь меня. Звуки этого города, запахи настенного камня. Странно то, что я не слышу птичьих голосов, Не вижу, хоть стою на крыше. Я крикнул пару слов, но в воздух ни одна Не взлетела. Накосила на меня, Прозрение накатило, и я стал чаще замечать, Обращать своё внимание на то, что снизу нет, Не заметишь сразу. Ведь поглощают разум дела мирские, Немного мерзкие, но в целом, как всегда, Людские. Да и какие птицы, когда не вижу я Ни дерева, ни травы, ни листа зелёного. Увы, в этом городе нет ничего зелёного. Нет ни во дворах, ни в окнах зелень отсутствует. Точно. И ни кусочка травы, ни газона. Зона здесь свинцового бетона. Свинцового бетона. Надо надо мной повисло небо. Миллионы звёзд. Да, я не был под ним давно, и всё Казалось мне абсолютно нереальным миром. Подо подо мной возникла бездна миллиона дней, И я над ней. Лишь стоит сделать шаг, И всё казалось мне абсолютно нереальным миром. И я стал часто подниматься на крышу своего дома. Каждый раз что-то новое отсутствовало снова. Голубого цвета в городе этом нету. Пепельный оттенок давно приобрело здесь небо, И краска слезла с кирпича, и все стены домов Потускнели. Печально, что мы не замечали этих цветов Вернее, отсутствие их. И мы не знали уж оттенков других. Не знали, нет. Вооружённый глаз не обмануть. Я увидел муть вместо синих вод. Реке блестит только нефти ртуть вместо синей-синей Воды. Там пятно чернил, городские трубы здесь в Качестве причин тому. Но мир этого города давно уже выцвел. Чёрно-белый телевизор представляет столица и лица Горожан. Увидев, содрожал. Неужели и моё лицо настолько городом прокажено? Боже, сделай что-нибудь. Я прошу, умоляю, чтоб прекратился поскорей этот Дождь над нами. Пусть восстанет Солнце навсегда, Озарят его цвета этот город. Пусть радуга встанет. Да, пусть здесь радуга встанет над крестами, Над домами и над нами. Яркий, сочный свет озарит. Нет, наконец-то город. Мрачные просторы, серые узоры на заборах хотя бы Пусть всё, что может, пусть отразит радуги цвета. Вот эту мысль трудно выразить. Отразит хотя бы на мгновение и отражение чуть Развеселит, придаст хоть слабый оттенок цвета. И, может, что-то где-то оставит память цвета, Но вряд ли это. Надо надо мной повисло небо. Миллионы звёзд. Ну да, я не был под ним давно, И всё казалось мне абсолютно нереальным миром. Подо подо мной возникла бездна миллиона дней, И я над ней. Лишь стоит сделать шаг, и всё казалось мне абсолютно Нереальным миром. Надо надо мной, подо подо мной возникла бездна. Казалось мне абсолютно нереальным миром. Миллионы звёзд, миллион огней, и я над ней. Лишь стоит сделать шаг, и всё абсолютно нереальным Миром казалось мне абсолютно не-- Казалось мне абсолютно нереальным миром. Надо надо мной, подо подо мной повисло небо. А миллион огней, миллионы звёзд.