Нас нет E

А что же со мной не так? Каждый день, словно тень, и храню я свой мрак, Разорван лучами весенней истерики. Пьяный, влюбленный дурак, самозабвенно в полемике с Лифком, душой на листке висит на ветке над Пропастью. Бежит горящий человек в лесу в поисках Хвороста, как поры сквозь чащи и километры ночных Скитаний. Захочет воды испитое сердце, Точнее уже его части. Счастье, укрытое шатром под синим небом. Где ты? Уже нет сил терпеть. И почему не все равно, где там носит тебя Теперь? Разбиты пясти об закрытую дверь, Ведь вдруг за нею Вселенная. Там кометы так медленно вдруг крутятся в небе, Подобные бабочкам. А я мечтаю, хочу еще бежать по полям, Сшибая по пути одуванчики с тобой в этот прозрачный, Хоть и тусклый, но по-детски чистый сон, Где еще слышен звон наших сердец. Да такой, что рыдать колоколам и близко не будет. Мы объятые пламенем, кусты тернистые, Нам не развести эти мосты ладонями, Не убежать в другие города от этой боли. Мы в законе, и бежать нам по кругу. Тут только мандрагоры, растущие в форме драконов, Вот-вот вырастут и станут по правде холодными. Меня уносят поезда по проводам. Перегорают фонари, уста прошепчут: "Не остановись, ты не твоя". Остыли часы, что били в унисон, Остановились, и я, зарытый в эскапизме, Приделал крылья к залитой памяти тоскою. В бреду по карте пиковой бреду по краю, Ныряю с головою в сны, где еще время тянется С тобою. Прости меня, я болен. Мы стояли близко к луне, что придумали сами, Но теперь она вне. Лед на озере тает, а я по-прежнему нем. А я хотел бы найти свою отсыревшую душу, Которую оставил около магазина с синим. Хватит! Мне надоело это изо дня в день слушать, Сидя в подворотнях, покрываясь синим. Вдоль изгибов тротуаров я бежал вслед твоему голосу. Я бежал мимо пивных и баров, вспоминая твои родные Волосы. Меня перерабатывало вдоль поперек, Как бензин в выхлопы. С каждым днем меня выматывало. Раньше хоть было зачем идти, а сейчас просто было Бы. Ночные прогулки не давали мне в живых остаться. Я гнил со спичками и сигаретой. Ты скурила меня до самого фильтра, растоптал бы как Марионетку. И мне холодно даже летом, И меня ломит от этого в костях глубоко. Чувствую зуд я. Встречаю каждый день в зеркале отпетого. Даже бездомные собаки не будут плакать, Если им сломает ребра грузовая машина, Даже если дождь бьет круглые сутки капать или Убийственным шквалом лить. И тебе не найти меня, не найти, Не найти в тех барах, в подворотнях или просто Плачущим. Я когда-то ходил на пары, Сейчас ощущаю себя умирающим. А мне не найти тебя, потому что я искать И не стану. Я держался за твои колени и Думал, что держаться не перестану. Внутри нас было общее море. Я тобою дышал, я дышал тобою. Ветхий дом выглядит как наше общее построенное, Полившееся из бою. Не скрою, не скрою тех страданий, Будто бы изгой я. Сейчас как будто тепло, а я пропитан весной весь. И та весна давала ясно понять, Что мне не место здесь, а тем более и Не нам. Птицы бы пели, кружась над моей постелью, Как бы не давая уснуть вечным сном. Будят меня весенней трелью, а я уже у магазина. Спустя годы любимым цветом стал синий. Он внутри меня, я в нем закован. Выверни, выверни меня на изнанку, Я буду синим снаружи. Я перевыполню свою планку и стану синее внутри, Чем снаружи. Ну же! Пахнет тобою, прокуренными стенами, Моими одинокими воплями в микрофон. Что же мне делать, чтобы взять тебя снова за Руку? Я падаю, копаясь в прошлом, Чистя от пыли наши воспоминания. Это как смертельная ноша сопровождается вечностью Самокопанием. Мне никогда не найти тебя снова, Как и тебе меня. Не достигнуть соединения прошлых фаз. Нам никогда не найти самих себя, потому что никогда И не было нас. Никогда и не было нас, никогда не было нас.