Крылья

Дай мне, птица, дать свободой насладиться, По небу улетая. В небо улетаю. Мама, ты можешь мною гордиться. Дай мне, птица, дать свободой насладиться, По небу улетая. В небо улетаю. Мама, ты можешь мною гордиться. Самое время понять, что приобрел и сколько потратил. Зима летала кристаллами загрубевших капель тогда, Как и сейчас. Этих дел череда, где по пятам Неустанно следует драма. Не разорвать этих уз. Незаменимая грусть. Ушел в себя и не скоро вернусь. Не слышал пульс, но вдалеке слышал тон монорельса. Пустой вагон и следующая остановка. Сердце как так? Впору писать об этом трактат. Ну правда, к чему Монтек вспоминался недавно? Горела бумага, перегорели и чувства, Как пух. Был глуп, либо сам нес огонь в Темноту людям. Но не было тех, кому это надо. Пастух, смеясь, глумился над стадом. Птица, смеясь, кружила над стадом. Странно, зачем же я мечтал видеть себя там? Дай мне, птица, дать свободой насладиться, По небу улетая. В небо улетаю. Мама, ты можешь мною гордиться. Дай мне, птица, дать свободой насладиться, По небу улетая. В небо улетаю. Мама, ты можешь мною гордиться. Я. Ужасный сон, словно в пустом я сижу терминале. Со мной багаж, эти осколки готовы ранить. Тонкие грани проклятий, шипы обещаний. Мечтаю бросить их тайне на память. Мешает образ печален, будто Гамлет на фоне Рэй Чарльз. Кто в мире счастлив, брат? Наверное, тот, кто башляет. Оставь мне шанс хоть один, прошу. Тем, у кого есть небо, крылья проложат маршрут. Рифмы без чувств, стыдно за чушь. Чутка скара, круто сварен, знаю, Мой каждый куплет это спарринг. Эхо спальных окраин, где грабят исправно. Не Гарлем, но ради грамма ударят и канут. Траур, струны гитары на миг отвлекают. Тамбур, братья взрывают петарды. Взлетаем камнем через пятнадцать обратно на камбуз. В плавать время мечтать, что я Юрий Гагарин. Под броней из ладана кевларом перьев ангела или Дьявола. Черная мантия в парадных, Где не спасет реанимация. Взрывают по кругу цыганские лет двенадцати. Пачка квитанций не оплачены. Классика жизни источник радости, Но родник отравленный. Мечтаю расправить крылья над башнями, Увидеть родные квадраты из иллюминатора. Здесь бредят цитатами из Бригады, Брата-2. Восхищаются отпетыми и беспощадными. Видят свое счастье лишь в мешках инкассатора. Предел мечтаний кожаный салон X5. Куда тебе? Здесь нужно иметь нож и распятие. Никто не станет нянчиться. Улица мать и мачеха. Наматывай на кулаки свинцовые правила. Капканы расставлены. Игра продолжается. Я словно связан по рукам, ногам связан крепко. Притом, чем больше узнаю, тем больше зацеплен к Земле. Все сомневаюсь, да и с придиркой от всего Нового закрыт. Прячусь за ширмой, Ведь нам в болоте хорошо. Плевать, что тонем, воняет, но зато свое. Свыклись со свиньей. Может, все вошло в привычку, было не к спеху. А я пока догнал, мой поезд уехал. Спешил же вечно по делам, счет на минуты. Еще чуть-чуть и разгребу. Отложим на утро. И так далее, далее летни. Я же все завтраками так же кормил. Ладно, пусть я вернусь, еще успею. Я обещаю обмануть, если надо время. Заставлю себя замолчать, остановиться и стать Свободным. Свободным, как птица. Дай мне, птица, дать свободой насладиться, По небу улетая. В небо улетаю. Мама, ты можешь мною гордиться. Дай мне, птица, дать свободой насладиться, По небу улетая. В небо улетаю. Мама, ты можешь мною Снова судьбу свою доверю тебе, Моя железная птица. В твоих лапах жизнь лежит. Долететь, не разбиться. Снова в облаках, словно утопать. Слово напрокат. Вещи в рюкзаках встретили закат. Вот так. Упасть в грязь лицом вот моя катастрофа. Мысли скопом, лишь бы выдержали стропы. А я, я автостопом доберусь до моей правды. Пока ты прожигаешь дни в вспышках стробоскопа. На высоте десять тысяч метров. Врезки, всплески чести. Кого предал, кому предан, что не сделал, Не оправдал доверие где-то. Я не робот, чтобы не задуматься об этом. Что знаешь ты о тех, кто умывает листы? Вот столько долгих лет мое дело живет во мне, Не дает остыть. В самарских дворах не так уж и просто найти Себя, оказать родным. Куда я утопил свою острость? Время бежит, время не станет ждать. Стараюсь любить свой дом, чтобы не сбежать. Целый том моих куплетов скопирует жизнь наших лет. Можешь не верить, но вся правда в них. Свободен, как птица. Годы берут свое. Несмотря на это, нас не поменяла мода. Ты спросишь, каким еще я бы занялся делом? Но, увы, я навсегда в этом душой и телом. Нет денег. Холос любви, этажей темень. Система хочет прогнуть, но не там, Где мы. Остаюсь верен себе и поднабрал вес. Отдельно, как Ватикан, потому здесь. Так и стал. Так и стал. С моря погоды, когда стихнет шторм. Не хватало слов, там лирика точно веслом. Личи до боли знакомы, но в них правды нет. Явный бред. Лужи лезут в клетку мигом тех, Кто смел. Так много тех человек и так сжимает Плеть. Лень это лишь слабость, мука, помеха на злобу Дней. Диагноз знаком, лекарь не нужен здесь. Панацея тут лучший вестник здраво оценивать цель. Город окутан пылью, бранью заполнен сквер. Тут могут выкинуть спину, если не выкинешь первым. Время кремень, зуб время дремучий лес. Тут как бы людям наладить жизнь, не все время В бегство. Мечты о том, что в детстве, Где нет этих лезвий, где веские аргументы брата, А не чушь Квентина. Тут проще быть чужим. Вечно лая на ветер бездны, чем оставаясь при своих Назло этой бездне. Дай мне, птица, дать свободой насладиться, По небу улетая. В небо улетаю. Мама, ты можешь мною гордиться. Дай мне, птица, дать свободой насладиться, По небу улетая. В небо улетаю. Мама, ты можешь мною гордиться.