Дневники падших prod by L&T

И снова костер, и снова мы. В тишине чувствуем присутствие ауры. Пары природы затмевают мысли наши. Руки жизни открывают дневники падших. Костер, и снова мы. В тишине чувствуем присутствие ауры. Пары природы затмевают мысли наши. Руки жизни открывают дневники падших. Он был на войне, он видел кровь огонь, Порох и дым. Слышал крики тех, кто не хотел Умереть молодым. Но он вернулся живым, Целехоньким, как любил говорить его один знакомый Покойный Летёха. Неплохо, неплохо, Говорил владелец ночного клуба, слушая по службном Списке с равнодушием трупа. Здесь не война, понимаешь, другие правила. Начало разговора ему уже не очень нравилось. Ладно, справлюсь, и не такое терпеть приходилось. И он собрал в кулак все свои силы. Выходки пьяных дебилов, надменные взгляды сытых Бандитов, малолетки, отрабатывающие коктейли на Задних сиденьях джипов, тупая музыка, Толпа с выражениями даунов. Лишь дома спасала старая кассета Розенбаума. И он уже почти смирился с тем, что одним Можно все, а другим ничего. И вот тут, как назло, один псевдоавторитет спускал Девицу со ступенек клуба кулаком по лицу. Ну как грубо! И он не сдержался, Оторвался на нем по полной программе. Потом сцепился как бешеный с его бухими дружками. После четырех ножевых весь крови он лежал и Улыбался. Быть может, первый раз в жизни он точно Знал, за что дрался. И снова костер, и снова мы. В тишине чувствуем присутствие ауры. Пары природы затмевают мысли наши. Руки жизни открывают дневники падших. Костер, и снова мы. В тишине чувствуем присутствие ауры. Пары природы затмевают мысли наши. Руки жизни открывают дневники падших. Последний дневник поэта колоссальных успехов. Его девизом была правда, неважно о ком и когда. Он беспощадно крошил и предъявлял факты в лицо Подонкам, не боясь никого. Что вы, ничтожества, засадили меня в клетку. Кишка тонка закрыть мне рот. Я редко глотаю таблетки для потери памяти, И мои предки выносят статьи помещают в прессу. Утром тревога, убийство за убийством в городе. Ко мне никого не пускают по сей день. И я действительно делаю все ради истерического смеха После новостей и переполоха. Я пакость, я месть, я беспощаден, Я справедливость. Я не прощаю ошибок. Я уже тронулся и загниваю вместе с психами и Становлюсь одним из них. Мне девяносто два, я слеп и мои строки никому Не нужны. Ведь то, что знал, теперь знает каждый. Как я хотел бы заново начать свои годы, Молчать и закрывать глаза на все. И снова костер, и снова мы. В тишине чувствуем присутствие ауры. Пары природы затмевают мысли наши. Руки жизни открывают дневники падших. И снова костер, и снова мы. В тишине чувствуем присутствие ауры. Пары природы затмевают мысли наши. Руки жизни открывают дневники падших.