Золотистого меда струя из бутылки текла

Золотистого мёда струя из бутылки текла Так тягуче и долго, что молвить хозяйка успела: Здесь, в печальной Тавриде, куда нас судьба занесла, Мы совсем не скучаем, и через плечо поглядела. Всюду Бахуса службы, как будто на свете одни Сторожа и собаки, идёшь, никого не заметишь. Как тяжёлые бочки, спокойные катятся дни: Далеко в шалаше голоса не поймёшь, не ответишь. После чаю мы вышли в огромный коричневый сад, Как ресницы, на окнах опущены тёмные шторы. Мимо белых колонн мы пошли посмотреть виноград, Где воздушным стеклом обливаются сонные горы. Я сказал: виноград, как старинная битва, живёт, Где курчавые всадники бьются в кудрявом порядке В каменистой Тавриде наука Эллады и вот Золотых десятин благородные, ржавые грядки. Ну, а в комнате белой, как прялка, стоит тишина, Пахнет уксусом, краской и свежим вином из подвала. Помнишь, в греческом доме: любимая всеми жена, Не Елена другая как долго она вышивала? Золотое руно, где же ты, золотое руно? Всю дорогу шумели морские тяжёлые волны, И, покинув корабль, натрудивший в морях полотно, Одиссей возвратился, пространством и временем полный.