Новый приют E

ПЕРВЫЙ: Как думаешь, куда мы летим? ВТОРОЙ: Не знаю. Тебе кажется, что это важно? ПЕРВЫЙ: Ну, знаешь... Каждый задумывается для чего, почему и куда движется. ПЕРВЫЙ: Ты серьезно? Это же очевидно. ВТОРОЙ: Да? Ну так просвети меня, потому что для меня сейчас это вообще непонятно. Зачем, например, мы летим? ПЕРВЫЙ: Чтобы лететь. Это единственная цель и смысл. Просто лететь. Получай удовольствие, наслаждайся полетом. ВТОРОЙ: А тебе не страшно? ПЕРВЫЙ: Почему мне должно быть страшно? ВТОРОЙ: Потому что от нас ничего не зависит. Мы летим, но не управляем своей жизнью. Мы словно уже умерли. ПЕРВЫЙ: Так самое интересное! Пока ты не летишь, у тебя могут быть надежды, страхи, неуверенность, ты можешь думать о будущем с абсолютным непониманием как в нем жить. А когда ты начинаешь лететь, всё это перестает иметь значение. Остаётся только полёт. Одно сплошное движение. И это счастье. ВТОРОЙ: А что случится, когда мы долетим? Смерть? ПЕРВЫЙ: Или новая жизнь. В любом случае произойдет что-то очень важное. ВТОРОЙ: Палёным пахнет. Ещё и кружится всё, кажется, меня стошнит. ПЕРВЫЙ: Может это соматическое? Ветер давно всё вычистил. Даже остатки масла. ВТОРОЙ: То есть, по-твоему, я псих. Отлично. Мне кажется, что наш полет это важно. ПЕРВЫЙ: Насколько важно? ВТОРОЙ: Фатально важно. Когда мы долетим, то станем очень важными для других. От этого мне не по себе. Для человека наша встреча изменит всю жизнь. ПЕРВЫЙ: Тебе грустно? Послушай, то, что мы летим, уже важно. Уже красиво. Не рефлексируй. Это жизнь. ВТОРОЙ: Иногда мне кажется, что девять граммов это слишком. ПЕРВЫЙ: Думаешь это перебор? Дело ведь не в количестве граммов, а в том, насколько получится разогнаться. ВТОРОЙ: У нас получилось хорошо разогнаться перед полётом. Может, поэтому мне в голову лезет всякая херня? ПЕРВЫЙ: С людьми точно так же. Они тоже летят сквозь свою жизнь, не успевают понять, что происходит и точно так же, как и мы, убивают при попадании. Главное смотри прямо перед собой. ВТОРОЙ: Осталось немного, теперь я вижу. Мы попали. Я в голову. ПЕРВЫЙ: Я, судя по всему, в сердце.