Медвежий блюз (Трибьют Константину Арбенину)

Жизнь обернулась лунной стороной медали. Зима вернулась, разогнав весну и лето. Уплыли музы в северные дали, оставив блюзы На плохих магнитных лентах. И я читаю только про медведей. Прикалываю бабочек к обоям. Бью по гитаре, попадаю по соседям и прозябаю Здесь изнеженным изгоем. Я сбился с хода, меня прожгли метели, Втоптали в снег, как ватные тиски. Я сбился с голода и день от канители гляжу На лампочку и таю, таю от тоски. Шейк-инь юшоу, а-ще-ще. Шейк-инь юшоу. Шейк-инь юшоу, а-ще-ще. Шейк-инь юшоу. Седые скифы в главном угадали. Их злые мифы превратились в были. Уплыли музы в северные дали, оставив вузы Серые от пыли. И я под ногти загоняю струны. Я острием вожу по острию, но даже буквы Превратились в руны. Мне врут, а я ни бэ ни мэ не Узнаю. Моя мечта уйти в леса с волками и сбегнуть Вновь, как крысы с корабля. Но мой отел под кучевыми потолками, Где в каждой кухне вместо лампочки петля. Шейк-инь юшоу, а-ще-ще. Шейк-инь юшоу. Шейк-инь юшоу, а-ще-ще. Шейк-инь юшоу. Опять маячит кто-то над гнездом кукушки. Не прячет глаза, манит чистыми руками. И я попался, я опять у муз на мушке. Моя коса нашла на их точильный камень. И я вождаю ладаном на бойки. Я зашиваю лады рыбьими костями. Мне надоело жить от пайк и до койки. Я так устал бродить и бредить новостями. Боль в помощь нам, колени бьются к счастью. Мне звездный горш плеснет дождем в лицо, И я примерю на холодное запястье свободы Космоса Сатурнова кольцо. Шейк-инь юшоу, а-ще-ще. Шейк-инь юшоу. Шейк-инь юшоу, а-ще-ще. Шейк-инь юшоу.