Океан

Океан. Чем сильнее воля человека, тем сильнее злоба Океана. И суда в нем тонут век от века, Словно иглы в вене наркомана, утонувши, Загрязняют воды тухлой человеческою дрянью. Что же не противятся, народы, этих смертных бездн Очарованью? Раз один веселый русский парень, Сколотивший деньги на бананах, с песней и молитвой, Как татарин, вышел на просторы океана, Сунул в кейс наган и фотопленки и попер на Яхте в кругосветку, прихватив семь ящиков тушенки и Двадцатилетнюю соседку. Миновал Босфор и Гибралтары, съел тушенки, Выпил кальвадосу и, как часто делают татары, Закурил с гашишем папиросу. Снова выпил, на девчонку слазил, Новости по радио послушал, покурил и снова Попроказил, и опять кальвадосу откушал. Поднялся на палубу и плюнул прямо в очи Моря-океана. И внезапно лютый ветер дунул, и свалился за борт Окаянный. Тут же белобрюхая акула в окружении мелких Акуляток паренька веселого куснула и объела от волос До пяток. Что, веселый, как повеселился? Где твое неистовое тело? Если бы ты за борт не свалился, Щас бы девка под тобой потела. Да, ты телом мог не только пукать, А теперь и этого не можешь. Ни лизнуть, ни тронуть, ни пощупать, Даже в рот колбаски не положишь. А вокруг осиротелой лодки уж кишат могучие тритоны, Носятся хвостатые молотки и Нептун бог моря Разъяренный. Вытащили девочку из трюма и давай хвостами бить по Роже. Океан он злобный и угрюмый, ни На что на свете не похожий.