Мой старый дом (стих.)

Мой старый дом попал под снос. Скрипят его углы, сопит труба, Простужен нос инфекция золы. Его беззубое крыльцо хранит мой детский смех. И двери губы, и лицо, наличник, Мох и мех. Когда пришли его сносить, Я вдруг услышал, как он начал выть и голосить Калиткой языка, нелепо шамкать старым ртом, По-старчески кривясь. Его жалели, а потом мой дом втоптали в грязь. Над ним все так же ветер пел мелодию свою. Дом из последних сил скрипел, поверженный в бою. Лежит теперь древесный труп на грани холодов, И кровь окоченевших труб, и вялость проводов. Колеса города неслись на всех своих парах, Обоев смыть сухую слизь, костей дощатый прах. Мой дом стоял, когда я жил, стоял, Когда я пел. Я каждый раз к нему спешил, а в этот Не успел. Он был свидетель моего начала и конца, И я всегда любил его не меньше, Чем отца. Ведь он скрывал меня от туч орнаментом Тепла, хотя был пол его скрипуч и крыша протекла. Мой бедный дом попал под пресс, А нынче, как письмо, явилось мне. Мой дом воскрес в дыме для домов, И я скорблю, но вместе с тем кричу ему: "Стоишь!" Глазницы окон, плечи стен и шевелюра крыш. Под ним луга как пьедестал, а звезды горсть маслин. Он домом быть не перестал, хотя его снесли. Мой бедный друг, мой старый дом, Когда меня снесут, отпустит ввысь земной Содом и Грянет Страшный суд, ты будешь ждать меня, Как встарь, в том маленьком саду и у крыльца Зажжешь фонарь, и я тебя найду.