Подземный грот

Чудом бьется зло тарына жизни. Неизменные беды переносят в аду. Звезды светят знаки бездны выси. И чинней прошу был всегда от роду. Бездонный кладезь тишины, пустой дворец, Разбитый звук. Печальный ветер гонит сны, плывет венец в подземный Груд. Бездонный кладезь тишины во тьме пленяет Бараньё. На стенах истина горит, Но нету в мире жаждущих её. Неизменно лютый жжет из-под груду. Ветви луга свет, а небо синей. Он темному роду вся была и друга. Не бледная рота у ночной могилы. Здесь зажженный маг, первый воин бога. У него дорога в подземелье черна. Зачеркнут барога от рупи до гроба. Там возьму от двери для него ворота. Он сердце поверил словам чужаков, Играл на свирели и гуслях. И била фонтана завязкая кровь, Руки как-то плавились чувства. О-о. Железный трон, засыпанный землей, Забыл хозяев, но не верит в смерть. Зла око он, опутанный змеей, в пустом дворце не Хочет умереть. Тоже тем, я просто меч, засыпанный землей тем, Кого я не успел сберечь, когда надели на него Венец. И слово он данное твердо берег, И если скользал, то отрезал. Позориться, врать он не мог и не смог, А может и бог ему не дал. Он ночью молился о благе живых и тех, Кто ушел безвозвратно. А днем он постился и жил как старик, Которому много не надо. И в кусте помалу свой меч он точил из Света, из мысли, из стали. Воде освещенный его грабил, чем дальше враги Уезжали. Он зла никому никогда не желал и делал Добро только делом. И доли чужих сторонах не искал, Душа была в царстве наделом.