Гражданин обороняется E

Гражданин в обороне, оружие только гражданское. Не слыхал о некрономиконе, носит только штатское. Ксиву прячет от людей в воровском кармане, На нем кожаные брюки, сшитые армянами. Фрукты только от тазеров, стволы только трофейные. Его братва не феи, но забирают зубы у смелых. Его оборона крепка, будто крымский чай. Его Брестская крепость стоит, как Бабий Яр, А баб у него ярд. От них не оборониться. Все уехать спешат из России за границу, Но он на обороне Родины. Умрет здесь он вроде ронина. Родиона Гвоздодёрова посадил бы за решетку он. Ведь на стволы могут напасть, а он стоит в Стойке. Не то чтобы стоек, но принимает власть Убогих. Гражданин состоит в обороне. Он не в одиночестве. Коммунизма воин с иконой Богородицы вошел в Суку через джеб, взял православный джет. Он, в отличие от всех, ближе к Богу, У небес, ближе к Богу, как мертвец к сыроватой Земле. Огненными пальцами чертит Люцифер Символ РНЕ. Гражданин готов к защите чести России. Он потушит граффити, а вы спите спокойно, Пока он при стволе, пока он при законе. Его коллега во главе нашей отчизны. С ингой не поносишь грилзы. Он на фронт задонатил, он свэгует чисто. Он путинский трансформер, как Максим Перова. Пора держать оборону от чубатых десептиконов. Гражданин обороняется и знает, Что почем. Он несет себя с почетом, Пробивается ручьем средь обдристанных хрущевок. Он несет свое живое полусолнце-полутемень вечным Холодом идеи абсолютной, неземной. Он оставит ее завтра за проломленной стеной. Я убью твоего сыса, как однажды постинор. В пасть нормисов кидаю твердый кожаный брелок. Меня задушил панк-рок. Я покинул каждый кокон. Это все мне выйдет боком, но удержим оборону. В мире все наоборот. Настоящее умрет. Ящер тянет им веревку. Им насрать, кому сосать, а мы тут держим оборону. Выстрел в темный рой природы. Перевод из космолета. Это наша оборона, наша сила, наша воля, Наша ноша и болото. И когда-то мы утонем. И Выстрел в темный рой природы. Перевод из космолета. Это наша оборона, наша сила, наша воля, Наша ноша и болото. И когда-то мы утонем. И похуй.