Полярная сова

За Высокий сугроб закатилась звезда. Блещет месяц в глаза невтерпеж. За полярный пояс, за наросты льда на Приют сам похож. Посреди кристаллических белых громад на седом Телеграфном столбе, Оседлав изолятор, совы сидят и на волю Смотрят тебе. Посреди кристаллических белых громад на седом Телеграфном столбе, Оседлав изолятор, совы сидят и в лицо Они смотрят тебе. Харп, режим особый, кровь и боль. Харп, бродяг здесь множили на ноль. Харп, бетонный пол над бездной. Харп, Не умирай, братан, постой. А ночами мне снится тот дом у пруда, Где когда-то с тобою вдвоем Провожали закат и клялись навсегда. Но сирена и снова подъем. Перекличка, как лай исхудавших зэка на растяжку И утренний шмон. И по ребрам сапог, и слетел с языка еле Слышный измученный стон. Перекличка, как лай исхудавших зэка на растяжку И утренний шмон. И по ребрам сапог, и слетел с языка еле Слышный измученный стон. Харп, спецбур здесь жизни на кону. Харп, и сотни душ идут ко дну. Харп, здесь дьявол кружит по ночам. Харп, дает он силу палачам. Левый берег сонный, и огней не видать. Вновь метель над тайгой кружит. Из людей бродяга все стонет опять и с тоской На стены глядит. Ты, братишка, держись и себя не сломись. Слышишь, ветер поет про весну? С нами небо и Бог. Значит, будем мы жить, все пройдем: И суму, и тюрьму. Ты, братишка, держись и себя не сломись. Слышишь, ветер поет про весну? С нами небо и Бог. Значит, будем мы жить, все пройдем: И суму, и тюрьму. Харп, режим особый на крови. Харп, ты пой, гитара, говори. Харп, и память вечная покой. Харп тем людям, что забрал с собой. Харп, режим особый на крови. Харп, ты пой, гитара, говори. Харп, и память вечная покой. Харп тем людям, что забрал с собой. Харп, режим особый, кровь и боль. Харп, бродяг здесь множили на ноль. Харп, бетонный пол над бездной. Харп, Не умирай, браток, постой.