Темным-темно E

Я не пишу эти рифмы от должного, не отложу Эти мысли на позже. Строки порхают как мух по июню, нас убаюкает и Кладёт люлю. Тёмная ночь, дай кипяточек. Дали на кухне по пару точек. Я здесь давно и прощупал почву, так что останусь Я этой ночью. Эй, делаю громче, мысли в узел. Я не создавал себе мир из иллюзий, но чё-то Веду себя, как будто не в курсе. Особенно после вчерашней тусы. Не грустно, нет, но как-то накатывает. Как-то расклады сложили на нет. Долгая песня и в космос билет. Сыпешь по тихой на карту монет. Нет, я не пишу эти рифмы от должного, Не отложу эти мысли на позже, не отложу эти Мысли на позже. Тут опять темным-темно, о-о. Тут опять темным-темно, крутит белка колесо. В клетке маюсь, как и он, напеваю си-бемоль. Наполняю свой бокал, три кусочка рафинад. И никто не в дураках, и никто не виноват. Вся эта красота вокруг, всё это my life. И как же можно променять это всё на кайф? Сплюну эту грусть, как на асфальт насвай. На душе моей чилл-аут или лоу-фай. В этом водовороте с ней порою будто fight-им. Время скоротечно, так на чё мы его тратим? Порой сильнее кислорода хочется обнять её. Ведь она золото моё, нет, она моя платина. Разрезаю, словно гладь воды катер, тонкую материю Под названием апатия. Тоска пролетела тупо по касательной. Мимо пролетела, я не буду провожать её. Потратив снова на коплю, чтобы снова потратить, Бродя по лабиринтам, словно, мать его, лунатик. Она спасает меня своим теплом от Арктики, Заполняет пустоту в моей большой галактике. Тут опять темным-темно, крутит белка колесо. В клетке маюсь, как и он, напеваю си-бемоль. Наполняю свой бокал, три кусочка рафинад. И никто не в дураках, и никто не виноват. Пустые железобетонные клетки, дешёвое пойло, Снежок и таблетки. Счастья подковы слетели в погоне. Жизнь ипподром, и мы все на нём кони. Первыми на финиш прискакать хотим, пока не увидишь Приз ты капли никотина. Хотел быть спокойней, но зла не хватило. Что вёл себя в салоне, не узнает водила. Excuse me, мозги, что обнюхал вас феном. Не видно ни зги, пью глазами фосфены. Бухенвальд и Освенцим не для плоти души. Отжигаю под весом, неохота тушить. Бледное лицо, кручу, как белка колесо. Под колесом, запитым соком, что нафиг гонит сон. За окном темнота, она именно та. Белый свет, лабиринт, и я в нём Минотавр. Опять темным-темно, крутит белка колесо. В клетке маюсь, как и он, напеваю си-бемоль. Наполняю свой бокал, три кусочка рафинад. И никто не в дураках, и никто не виноват.