Слухи

Эй, Давай, ребята! Что? Эх, Арсений, заводи, говори, рассказывай. Теплился рассвет неба зарево. Трамвай пошел чуть свет, как правило. Я спал прямо на площади Мужества. От друга шел хмель новой, не сдержался. И слухи поползли по тихой грусти. Ох, молва людское тристаустье. Несут, несут со двора на площадь Все, кому не лень, полощат. Им только дай, дай поводы воды колыхнуть, Муть поднять из глубины. И язычок чок-чок, метелочка-метла все Эдак так, где ни было, была. Им только дай, дай вдоволь поглазеть, Постоять рядом, свечечку зажечь. А что товарищ лег, быть может, И недуг. До этого нет дела никому. Отдыхал я на этом асфальте. Доложу это вам не на Мальте. Все гудят, замедляют движенье. А кричат, видно, в знак уважения. И всюду сказки, россказни подружки. И тешит разговорами старушки. Все понял. Значит, буду подниматься я, Пока еще крепка репутация. Им только дай, дай шторочку поднять, Твое-мое бельишко покопать. И язычок чок-чок все лечит, веселит, Везде поспеет доктор Айболит. Им только дай, дай чуть заворожить, Наплести да в три короба сложить. А у товарища, быть может, сложности с жильем. Это все неинтересно. Давайте на потом. Что Спал я на площади этой. Ребята, не верьте вы в это. Я славно до дома добрался, Не вышел, если б чуть сомневался. Но давеча слышал под Ейском, что лежачих Уберут полицейских. Мол, гражданских привлечь обещали. На днях опытный образец испытали. Им только дай, дай слухами пожить, Потереть да косточки помыть. Язычок чок-чок все веничком пылит. Катят барина с гульбища на пир. Им только дай, дай лучшие места постоять, Погреть ручки у костра. А что огонь погас, оставил лишь золу. До этого нет дела никому. А что огонь погас, оставил лишь золу. Кому это надо? Не надо никому. Не надо никому.