Бесы

Ночь была как могила смрадной. Кто-то дверь распахнул с ноги, И затопали по парадной частым рокотом сапоги. Посрывались со стен иконы, зазвенел в буфетах Хрусталь. Взглянь в глазок: мелькают шевроны, Тускло горит вороненая сталь. Дверь дрожит, кулаки что молот, Маузер черный уперся в висок, и, Густея, стекает за ворот Темно-красный брусничный сок. Чуя страшные деликатесы, из всех углов, Из всех щелей, слизывая сок, выползают бесы, Тычась мордами в красный елей. Языки их длинны и проворны, лижут, Как девочка леденец. Ласку последнюю примет покорно распростертый у ног Мертвец. Вот язык по-змеиному Гибко скользнул в глубокое декольте. Гудит барабан, завывает скрипка. Милости просим к нам в варьете! А-ха-ха-ха! Здесь над крышами жутким знамением Воет охрипший призрачный хор. И, управляя дьявольским пеньем, Бьется в истерике дирижер. Белый саван, седые космы, Ртом безгубым смеется смерть, и Мертвец, завернувшись в простынь, Попирает земную твердь.