Библейский лев

Выпить про вечность не с кем, как же тут Не пропасть? Осенний лев, библейский, голову сунув Пасть. Пусть будет легким прикус, Шерсть холодней огня, чтобы наш римский Циркус не перегрыз меня. В сердце последний мячик, я живу Нараспев, чтоб языком горячим душу Из нутра лев. Вымыты и глазасты старой Москвы дома. Скоро наложит пластырь мне на стихи Зима. С неба помашет летчик, вскрикнет полярный Дрозд и растворится почерк в дымке Далеких звезд. Снег налетит в минуту, как музыкант немой, С пушкинской гривой, будто лез в очистый Мой. Сделает осень сальто, свет Уронив из рук, чтоб на мосту реальто Мы оказались вдруг. Чтобы заката пламя постелеть ночи Бред, чтобы внизу подогнали северский Тёп Донец. Медленный, тихий сапог вечного детства Маг, мой оберег на лапах, мой Одинокий марк. В рубящих света тени, будто на Образах, но в подмосковном сене с ярким Огнем в глазах.