Абонент недоступен живым

Мой друг в восемнадцать повесился Отец тихо спился и помер Я спал в подъезде на лестнице И шептал, как молитву, твой номер Утром — Москва раскалённая Подземные песни покойников Днём — водка с бомжами палёная В одном из арбатских двориков А я им пел про войну, где я не был Они плакали — грязные, пьяные Кричали вороны над церковью А я рвал себя и гитарные Струны — в кровь, дурачок За ржавый, с орлом, пятачок Смеялось святое под кожей Под стук равнодушных прохожих А ночью обратно — на лестницу Сквозь двери и ментовские шифры Мой ангел от меня давно крестится А я в темноте — твои цифры Повторяю, словно молитву Абонент недоступен живым И всё, что теперь мне осталось Считать свои старые шрамы Мелочь на завтра И ворон над московским заброшенным храмом А я пел про войну, где я не был Они плакали — грязные, пьяные Кричали вороны над церковью А я рвал себя и гитарные Струны — в кровь, дурачок За ржавый, с орлом, пятачок Смеялось святое под кожей Под стук равнодушных прохожих