Ж.З.Л.

Жизнь замечательных людей Не замечательней нисколько собственной Жизни или дней, Памятных нам самим и только. И где бы ни выпало нам жить, Но в сонном полете невесомо нам Предназначено парить Над нашим городом и домом. Где мы знаем всех соседей. И по улице соседней мы Впервые на велосипеде едем и пьем из желтой Бочки квас. Где из фантиков секреты, Первомайские портреты Ленина И Сталина заветы. Их пока обманывать нельзя. Далеко до школьных тягостей красных Галстуков и стяжек, лишь от бузины и Волчьих ягод иногда, что не очень важный стул. Майский жук и колорадский, и Костюм лисы дурацкий. И наш хоккей сильнее, чем канадский. И вообще, вообще, вообще вообще. Жизнь замечательных людей Нашего дома и района Проистекала, как у всей Этой страны неразделенной. Строго смотрел Марат Казей, Как добивали мы какао в свете Решений и идей В мире жюль верна и скакалок. С книжкой Робинзона Крузо И с вареной кукурузой под Виниловой пока еще карусель. И под шипящий патефон. Запах елки и карбида. Ни Иисуса, ни Давида. Лишь высотки МГУ и МИДа на цветных Открытках из Москвы. Был театр у микрофона и Автомат саде колонна. Телевизор у кого-то дома был один, И все вышли к нему. Жизнь замечательных людей Скрыта была от взоров наших Длинным забором лагерей И немотой все понимавших, от нас не Видавших ни войны, От не слыхавших, кроме зорьки утром для Школьников страны Каких-то откровений горьких. Чистый эфир от катаклизма и двадцать Лет до коммунизма. А для молодого организма есть еще и Нормы ГТО. И Аврора на монете, И курение в туалете, и Счастливый номер на билете синем, И Наталина парлей. Жизнь замечательных людей. А в незадаливых раскрасок да Окаянных наших дней Она лишь собственная наша. И сколько б ни падали на снег И как бы ни напрягались жилы, вот Уж и двадцать первый век, И, слава господу, мы живы.