Сталь и камень

В холодных стенах греют лишь горячие сердца родных. Улицы этого города на тепло скудны. В окнах прячутся тени, видны их силуэты, Ведомые с утра до вечера лишь силой эго. Ежедневный маскарад театре одного актёра превращает Его пьесу в бесконечные повторы событий тревожных от Рождения до гроба. Как и раньше, здесь дороже денег понт выше пробы. Каждый год всё с чистого листа. Здесь крайне быстро распределяются места. Город устал от трясины зла, беспощадных слабых в Стремлении стать сильней. Январь превратится в декабрь. Из ряда вон выходящих событий здесь немного совсем. Затёртые сюжеты режут глаза. Среди ветхих стен из месива урбана люди рвутся на Волю всего на пару недель в год, Не более. Всё схвачено, налоги уплачены в срок, Квартира, дача, кредиты закрыты, новый ждёт. Двое по лавкам растут по минутам незаметно. Годы уходят, приходят счета и болезни. Привет! Оставь свою мечту в родной глубинке где-то На полке. В покорении мегаполиса часто нет толка, Как нет и смысла стремиться здесь первым стать. Совсем неважно, это Омск или Москва. Мой город погружается в сон. Здесь редко кошмары становятся сказкой. Крик души или тела последний стон. Тени уходят с закатом, ждут восхода маски. Мой город погружается в сон. Здесь редко кошмары становятся сказкой. Крик души или тела последний стон. Тени уходят с закатом. Мама Москва меня будит на улице в лицо, В угрюмые лица. Так-то неважно нам, провинция или столица. Так-то неважно, сколько, двадцать тебе или тридцать. Жизни напиться, повелевая желаниям сбыться. Мега-мегаполис от Выхино до Спартака. Здесь кто есть кто и кто есть ты здесь Пределах кольца. Либо тупишь в многоэтажках, Либо сутками пашешь. Авиабаза Продакшн. Салют всем нашим! Что-то не так? Лавину лови. Кто-то меняет место работы минимум лимит. Опоздал ты, тупо слит. Смотри на часы. Город без лиц зажёг огни. Москву намыслил. Всё так, как есть, Пока оно есть. Как ни крутись в этих лабиринтах Пропасти, путь пусть ухабист и тернист, И ты в цепях стихий, найди свою дорогу в Этой пяте паутин. Мой город погружается в сон. Здесь редко кошмары становятся сказкой. Крик души или тела последний стон. Тени уходят с закатом, ждут восхода маски. Мой город погружается в сон. Здесь редко кошмары становятся сказкой. Крик души или тела последний стон. Тени уходят с закатом. Пятое Skoda Octavia, биты на MPC Akai. Истории моего города как летописи Каина. Вину не искупить до наступления судной ночи. Тешит лишь то, что счёт приносят, когда ужин Окончен. А впрочем, чем чёрт не шутит, может быть, Обойдётся. И жизнь кончается маршрутом до дна Сточного колодца. Здесь на порцию солнца двойной Гарнир снега и грязи. Холод колет рапирой. Этот город не для хилых, этот асфальт не для Слабых, но земля здесь примет всех. И мускулистый дядя за тобой пролетит на Стерхе, Сверкнет проспект фиолетом. Пусть они короли там, короля порвёт туз, А тот порвёт вурст Кончита. Даже самый шустрый читер в игре столичных престолов Рискует сам сесть на кол. Верните Халиса драконов! Как спичка и порох, Кока-Кола и ментос, Сейчас рванёт и падёт этот Москва-Вестерос. Будни как мозги серые, откажут лёгкие скоро. Печень посажена, как белое в тренировке Приора. Смог как лёгкое порно ни хуя не видно. Это торфяное лето тут от Выхино до Видного, От Водного до Бутово орлами мудрыми. Его забило в бред здесь, но не законно бить В речь, чтоб воспеть этот город и рэп в Его честь. Шесть его букв как сердца стук, два Слога шелестом губ. Москва, я твой любовник и друг. Мой город погружается в сон. Здесь редко кошмары становятся сказкой. Крик души или тела последний стон. Тени уходят с закатом, ждут восхода маски. Мой город погружается в сон. Здесь редко кошмары становятся сказкой. Крик души или тела последний стон. Тени уходят с закатом. Мой город.