Аптека. Улица. Фонарь.

Пустая улица Один огонь в окне Еврей аптекаря охает во сне Ночь, улица, фонарь, аптека Бессмысленный и тусклый свет Живи ещё хоть четверть века — Всё будет так Исхода нет Как тяжко мертвецу среди людей Живым и страстным притворяться! Но надо, надо в общество втираться Скрывая для карьеры лязг костей… Живые спят Мертвец встает из гроба И в банк идет, и в суд идет, в сенат… Чем ночь белее, тем чернее злоба И перья торжествующе скрипят Уж вечер Мелкий дождь зашлёпал грязью Прохожих, и дома, и прочий вздор… А мертвеца — к другому безобразью Скрежещущий несет таксомотор В зал многолюдный и многоколонный Спешит мертвец На нём — изящный фрак Его одарят улыбкой благосклонной Хозяйка — дура и супруг — дурак Умрёшь — начнёшь опять сначала И повторится всё, как встарь Ночь, ледяная рябь канала Аптека, улица, фонарь Воет ветер леденящий Пусто, тихо и темно Наверху горит окно Всё равно…