Молот и огонь

Научившись сиять, мы неосознанно побуждаем к этому Всех окружающих. Когда мы сами освобождаемся от своих страхов, Мы автоматически освобождаем других. Раздолбанный мафоз плакатов натирает Эминем. В холодной комнате древо путей влялось семенем. Тайна наивная, юная, но лишь бы отпустили. Отзвониться пацанам, попробивать всё ли там в силе. Пылью прошита одежда, нас пятеро или трое. Греемся у костров в недрах заброшенных строек. Пережидаем метель в корпусе старого кузова на Перекрестках пустоты после распада Союза. Сколько стояли как сталь, скольким пришлось сдаться. Границами миров были коробки старых кварталов. Мы будто бы одни среди чужого моря ревущего. Обманывает компас голосом телеведущего. Здесь безнадёжно всё, как создавать замки из пыли. Близкие дышали только тем, что друг у друга были. Смертельный риск, но мы в путь запрягали сани, Только догадываясь, чем в итоге это станет. Наша движуха без названия и знамени. Ты тоже движешь, а не едешь сверху, значит, Ты с нами. Значит, ты свой хотя бы на Одну сотую. Одни мотор заводят, другие катаются Флотают. Мы запускаем сердце, город делает вдох. Сегодня на смену найти зарядку, сотовый сдох. Ночью будет холодно взять подклад флисовый. Завтра утром на парах не засыпать, Записывать. Мело нашвыривайся, возьми себе и даме. Мы тебя промоем и с мигалкой отвезём к маме. Мы как по венам между хрущёвскими корпусами. Каждый день проблемы супердержавы решаем сами. Думаешь, наши машины жгут, ломают носы? Прия, все наши детально просчитывают посыл. Я народ на зуме до электрона приближен. Значит, народ воспитан, напрятен и подстрижен. Отгремят низы, растворится залп. И нас степится по одному. Это как босым бегать по углям. В книгах красочней, чем наяву. Нет батальных сцен и лихих погонь, Только грязь девяти до семи. В этой кузнице молот и огонь смогут выковать нас Видны. Увесистый хук, четыре бэка вкусу. Это импульс и стимул, устремляющий к лучшему. Ещё вчера мысль, клетка и ручка. Сегодня свет ослепительный, пронзающий тучи. Сюжеты закручены, какие тут шутки, Но подмигну в метро или стопну в попутке. Вчера это стикер на телефонной будке. Сегодня квартал закрыт по сотне пунктов. Знание юности, отчаяние взрослых. Стоим на своём, учиться никогда не поздно. Вечно молодые, равнодушны к возрасту. Личностный рост будет значимее должности. Объём возможностей равен числу подходов. Считаем лётные часы, альбомы множим на годы. Вчера волна в двоичном коде. Сегодня тысяча галочек больше, Чем годы. Никто за это ничего не обещал нам. Был непомерно юный порыв, он и дал начало. Годы неслись, мы наполнялись смыслом. Всё становилось серьёзней с каждым записанным. Я стопорнулся на миг. Распад. Я один. Горизонты поблекли, ну всё, куда там, Не гони. Вокруг пестрили эталоны, Мутили всё стильно, но глаза боялись, А руки делали, что любили. Холодная комната стала тёплой. Я никуда не пропал, не завязывал, я уходил за Опытом. Когда то, что написано, стало кому-то Близко, это согревало, и я снова брался за лист. Это только начало. Теперь стопнуть никак. Алло, братан, давай подловимся на фитах. Из пространства на сетчатку липнут фрагменты после От нас в микро и прямиком к тебе. Отгремят Низы, растворится залп. И нас степится по одному. Это как босым бегать по углям. В книгах красочней, чем наяву. Нет батальных сцен и лихих погонь, Только грязь девяти до семи. В этой кузнице молот и огонь смогут выковать нас Видны.