Сенатор разрушения

Очень горячо! Горячка, горячка, горячо! Сенатор разрушения! Е-е-е, горячо! Это Сенатор разрушения! Горячо! Музона лихорадка мэн Олени, олени! На его свитере были олени И мама этого сумасшедшего парня сразу записала меня в его друзья. Мол, покажи ему всё, Саня! Я не знаю, но в 5 лет носить тёмные очки — это сверхпонт какой-то. Он плохо видел, а говорил очень плохо. Как тебя зовут, Лёха? Типа пошутил я. Он сказал, что его зовут Сенатор Разрушения. И мы теперь с ним такие друзья, Что если я скажу кому что, Он прикончит меня. Это был сильный ход. Цветной карандаш в мой живот Это был сильный ход! Йоу! Я не знаю, о чём стоит молчать, Но старался трепаться как можно меньше, В то время как он делал свои вещи, Разукрашивал мои плечи, а заодно свои плечи. Йоу! План был таким: Он хочет захватить мир, и в пять лет это не казалось банальным. Он всё время говорил: Потребуется мобилизация всех сил, мобилизация всех сил! Йоу! Помешать нам мог только продавец пластинок. Мой друг считал его сумасшедшим психом. Так проходили дни. Он, я, заточенные карандаши. Пару кошек на цепочках, Эти его бесконечные поцелуи в щёчку, В то время как я находил девочек неинтересными. Он находил их прелестными и целовался с ними по 3—4 часа в сутки. Две ядерных боеголовки размером с футбольный мяч,каждая Были серьёзным основанием реализации его надежд Остановить, остановить сенатора разрушения. Стой, стой стой, продавец Останови его Прошу послушай! Я прошу тебя, продавец! Продавец пластинок всё понял без слов. Он дал мне пластинку, на которой не было написано «Туска луза». А было написано то, что всем и так известно. Я сделал всё, что мог, и за Хиросиму я снимаю с себя ответственность. Я за Хиросиму снимаю с себя ответственность. Я сделал всё, что мог, Остановить. Stop the Senator of the damagе Сенатор разрушения