Минздрав предупреждает

Минздрав предупреждает. Кресты сопротивления гапонская гадюка. По ночному городу через пробки и заторы, Несмотря на светофоры, мы лихо мчимся на скорой. Вверх на Воробьёвы горы и вниз на Кузнецкий мост. Вторые сутки на дежурстве мозги плавятся как воск. Растекаются как каша. Наш экипаж: водитель Паша, медсестра Любаша и Покорный слуга ваш. И мы втроём ебашим, помогаем отчизне, Чистим раны пострадавшим, а заодно спасаем жизни Жертвам разных катаклизмов. Мы как клизма в полной жопе. Наши удачи не учитывают, наши ошибки надгробие. Даже пособие нищих больше зарплаты медбрата. Но мы не жалуемся, ребята, хоть и платят маловато. Мы рады, несмотря на стресс. Ведь есть у нас бонусы. Человеческие органы неплохой бизнес. Вам и не снилось кошмарах все пожары и аварии. На МКАДе сущий ад, фарш из мяса и стали. Но может случиться роговица или печень практически Не задеты, хоть пациента и не вылечишь. Зачем же пропадать добру? Добрый доктор Гадюка готов отдать эти части тела в Добрые руки врачам, светилам науки для Трансплантации. Главное, чтоб своевременно проходили Транзакции в адрес организации с кипрским оффшорным Счетом. А ко мне не подкопаться. Я уже опытный. Бригада в доле, и мы молимся Каждому новому клиенту. Не нужно им другим послужить за звонкую монету. Мы продаем билеты счастья, живые запчасти. А чтоб не сдохнуть от усталости, мы пьем кровь Из их запястья и заедаем сладким мясом. Человечина, сердцевина. Заряд бодрости на день. Взрыв чистого адреналина. Вот такая картина рабочих будней на скорой. Минздрав предупреждает: а вы будьте здоровы! Будьте здоровы, Не кашляйте, не болейте. Кресты сопротивления и гапонская гадюка. Минздрав предупреждал, предупреждает и будет Предупреждать. А мы лечили будем лечить, Продавали и будем продавать, убивали и будем Убивать. Это жизнь, ребята. А потом смерть. И никак, никак по-другому. С измолосиним тусил, смоля сигу. За сигой парниша костлявый настигло. Коса его в ад цвете лет снимок клетки грудной Выдал рак. И лежа на носилках скорой, Стонал очень скоро. Погост примет мощь, и от тяжкой болезни стал тощим Страдалец. И на лице парня написано: Силы иссякли и срок истек жизни. Спазмы рвоты и мокрота с кровью. Вот он замаячил миг кончины скорый. Пред очами так зачах он, с бесценной жизнью Распрощался. Ламп люминесцентных свет померк в Глазах. Весь трепеща, он замер в лапах смерти. Да, пусть вертухаи нас гипнозом в следаков стращают. И пусть наша наглость скрасит нашу участь. Ночью в корчах в одиночке очнусь. Зови меня философ Бенедикт Спиноза. Еретик вынес вердикт. Туберкулез. Судьба терпилы Вилы. С таким диагнозом и табаконом смерть волкам Позорным. О Боже мой, сними симптомами ничтожества Обмена папилломы. Роженица косы режет ножницами. Осенний марафон. Стопа тоньше подошвы. Острова необитаемы, границы на замке и клетка тоже. В руках вируса я марионетка под конвоем, Под одной крышей с братвой. Черная вдова наша соседка. За антитела из Кембриджа торги на бирже. Звезды Диснейленда напишут письма из Парижа. Мрежный кеш инспекции виной под актом суицида. В камере бардак. Коррида жаждет видеть фаворита. Смотри ты, одни с виду сбитые и широкие, Как с Марса мыши рокеры, другие чахнут в короткие Сроки. Это моднее, чем в девяностые Гранд Чероки Был. Дьяволу платите оброки вы рады, Брокеры, рэперы и рокеры. И в целом весь этот вертеп здоровья кое на Чем вертел. Верите? Нет. Мол, да, но это персональный суверенитет и Суеверия не те. Но мы увереннее тех, кому по большей части все Сиренево. Их ждет участь, как Муму Тургенева. Вот, например, этот олень и вся хрень его, Что засела в разуме на долгие мгновения, Будь то веяние или осознанное, блин, рвение. Зато сколько радости, что, мол, не пойдем на органы. Это удел ЗОЖевцев. Мы так растроганы. Избавить немного бы хоть женщин от этого, Дать надежду, что хоть кто-то будет на светлой Стороне, а не где-то между. Я ж, блядь, предупреждал тебя, невежда. Такой финал, конечно, оказался неизбежным. Глаза твои текут недоумением и обидой. Как быстро можно превратиться в инвалида. Я лез из кожи, заботился о нем, Махал перед надменной мордой белютнем, Конем скакал в огонь через карниз обычный глист. Теперь останется открытым навсегда больничный лист. Ведь так усердствовать, принимать все средства, Чтоб превратить кусок дерьма в собственное сердце. С детства смело шествовать по краю бездны Непосредственно плюя на министерство. Людишки букашки с божьими замашками. У Мишки Дэшка, флешка с таракашками. Не жизнь, а дышка. Венки и крышка. Душа отрыжка, как олимпийский мишка.