efe8e7e4eef1f2f0e0e4e0ede8ff E

Овсянкин больше даже не друг, но всякий знает, Они так же уйдут. Без пяти минут тридцать, без Пяти минут чёрный список. Чего не спится? Изливаю себя, чуть не высох, А вы впитываете это, как рис влагу. Про то, что твои друзья мои враги и нарки. Я никогда не любил дарить и принимать дорогие Подарки. И порой нужно было бить по броне танка, Чтобы до меня достучаться. Как сантехник, перекрывший стояк, ты перекрываешь Доступ к счастью. Держи, это просто части меня, разорваны и так Нелепо. Не пролетит без тебя незаметно мое лето. Тут у всего два выбора, как завещал нам старик Летов. Поэтому от плана до полета в пизду небольшой Промежуток. Я не шут, но смешую, Для них жук, не удержу их. Всегда где-то между, между обожаемыми и Отверженными, как выбирать обжаренное и свежее. Угрожали, порежут, жалят насмешки, Нашли висящим среди вешалок. Но это не про меня, и тебя не променял Бы ни на какой из жанров. Было уютно, тепло, моментами даже жарко, Но из моего рта это звучит, как надоедливая пищалка. Истощал я, и никто не узнает, почему пускает сопли Обычный парень со странностями. Сидя без твоих ног наяву в общественном транспорте, Подумают, что аллергия или насморк. Более того, у Вадилю- Как Сложно быть чуточку честным хотя бы с собой. Быть алчной жопой, как соборный поп. Перестать стать друг друга на ужин. Твои друзья распевают, портвейн лег же в лужу. Чувствовать ненужным себя среди толпы. Шепотом смени свой трагический крик. Пустой спальный город стихнет уже с кем-то другим. Будут пройдены иные дороги пустые. Улыбка таксиста расскажет всю правду, Ведь мы рядом в петле со своими врагами. Матёрый степной шакал как образ себя. А помнишь, как мы отъезжали, как нас забирали менты, И ты меня защищал? Твои друзья, мы стали моими врагами. Можно скрываться всю жизнь за маской более яркой, Скрывая сущность колхозной бляди-доярки или просто Тупой пизды. Бунтарский протест твой уйдет, Как и ты. Завянут цветы, мы не сразу поймем, Что назад уже нету пути. Мосты все списали на жесть. Нету опоры, они развалились. С кем-то другим слушаешь наши песни. Сердце тускнеет и места все меньше там для любви. Сны про говно и хуи, где счастье? Стыдно станет вспомнить весь жизненный класс. Все быстро стало забытым. Время всрать. Всю жизнь проведя в автобусе, Оставил себя в нем самую малость. Жрать шаурму твоей медухи на переменах за гаражами. Велосипед за жизнь не осилил. Не научилась ты ждать. Когда зажегся внутри, словно факел, Ты в говно придавала. И я вспоминаю, как все начиналось. Всегда один ухожу спать.