Танкист-летёха

Танк подбит, Танк разбит. Люк заклинило и ясно, что Душа в огне сгорит. Дай Бог, чтобы не напрасно. Что душа в огне сгорит. Дай Бог, чтобы не напрасно. За броней Ревущий бой. А внутри вдруг стало тихо. И звенит в ушах покой. А вокруг бушует лихо. А за той, За рекой крик ее: "Живи, мой Лёха!" И под Курской дугой воевал Танкист-лейтеха. Дернул люк, Толкнул он люк Из последних сил, что было. Скрежет стали и рваный звук. И все в памяти Застыло. Мамин взгляд, сестры наряд, Что отец привез из Риги, Лица со двора ребят, Непрочитанные стопкой книги. Лица со двора ребят, Непрочитанные книги. "Ты живи, Дорогой",-прилетело издалека. И под Курской дугой воевал Танкист-лейтеха. Дым душил, кромешный ад, И уже с дыханием туго. Только мысли за ребят, может, Вырвались они из круга. А его тащил медбрат из Пылающей машины. Обгоревший лейтенант материл вражины Мины. Сквозь дым, Сквозь огонь, под сполохи да под Грохот. Да под Курской дугой выживал Танкист-лейтеха, Молодой танкист-лейтеха. Нет, не так, совсем не так. До последнего до вздоха Умирая, он шептал, мол, за Родину Совсем неплохо. За любимых, за живых неплохо. Молодой танкист-лейтеха. Танк подбит, Танк горит, Танк подбит, Танк горит.