киты умирают в лужах бензина Без цензуры E

Мне под кожу запустили бы дельфинов стаю. Правда, я умру внутри тебя, я по тебе скучаю. Красное море в твоих запястьях разольется, Словно вино, что мы пили меж уродливых домов. Дельфины разобьют себя о скалы, что рядом не с Нами. Не знали про завтра, не знали ни капли Мы. А я поймал момент, поставил на нем отметку. В будущем не запирайся в рубашку в клетку, Не запирайся в рубашку, дыши глубже. Я знаю, что я лишний и я не тот, Кто нужен. Я буду лишь воспоминанием, Этапом или стадией. Кстати, мы, наверное, вместе умрем. Нас закопают за подъездами пятиэтажек, Откроют рядом круглосуточный цветочный даже. Я не был никогда счастливым, это знаешь. Но стабильность это здорово. Остальное не важно. Вместо подготовки к сессии я пишу тебе эти песни На реверсе. Буду честен частично болен не тобой, Никем. Занятость моя созовет лишь от ношения в Лужах. В моей больной памяти нету уж места для Нового, яркого, чистого, вечного. Вместо надгробий в отношениях предлагают тут на Наших трупах построить цветочный. Он круглосуточный будет, тюльпаны. Я будто сгораю от этого слова, Планируя скоро подохнуть от боли. Дельфины под кожей умрут со мной тоже. Дельфины разобьют себя о скалы, что рядом не с Нами. Не знали про завтра, не знали ни капли Мы. А я поймал момент, поставил отметку. В будущем не запирайся в рубашку в клетку, Не запирайся в рубашку, дыши глубже. Я знаю, что я лишний и я не тот, Кто нужен. Я буду лишь воспоминанием, Этапом или стадией. Кстати, мы, наверное, вместе умрем. Нас закопают за подъездами пятиэтажек, Откроют рядом круглосуточный цветочный даже. Я не был никогда счастливым, это знаешь. Но стабильность это здорово. Остальное не важно. Тебя невозможно обнять и сказать что-либо. Легко потерять факты из виду в атмосфере праздника. В новом году наконец-то решатся на суицид. Сигарета Marlboro, дорога в магазин, И твои океаны все полны китов и дельфинов. Моих морях под кожей никто не выжил. Киты умирают в лужах бензина.