черный поезд

Сплю на нижней полке под скрип и стальных колес, Где мимо панельной стройки мой катится паровоз. Мимо лесополос, тополей и берез эта жизнь моя Беспросветная катится под откос. Надо мною истошным храпом захлебывается дед, И мне грянет, где он когда-то был так же Со мною лет. Но его остановка близко, Где его проводник визжат тормозные диски, Истошное будто крик. Он исчезнет водой из крана, слезает невскоро как, Где в вагоне ресторана остыла вода Ширак. Потерянный на перроне, как специя в гуляше, Останусь один в вагоне со спомином на душе. Лишь бабки и лейтенанты в соседних сидят купе. Их фразы и аксельбанты сияют, как канапе. Мне выходить не скоро, и я погружаюсь в сон, Как куколка махаона. Мой кокон это вагон. Пора отчаянный, день печатный. От ладони отпечатки дубликатами ключей. Ты такой себе ничей. Криком чаек спит чайник. Наступает безучастный вечер, прячущий в себе Странное предчувствие. Подбирается тревога, забывается дорога к дому. Он теперь везде. В это время в поезде убирает проводник за небрежными Людьми вусмерть мятое белье и мешает свой бульон. Как любой другой страдалец ждет удар пальца о палец. Провожает поезд в даль лишь облупленный перрон. На болотах вдоль обочин нежить тонет и хохочет. Проводник сосредоточен, приглашает их в вагон. Лето маленькая жизнь, зима маленькая смерть. Эти осени, весны в одиночной камере. Нас уносит ураган, ветер лупит по ногам многотонной Железяки, что везет по северам непутевых пассажиров И бродяг-вторяков. Они бесятся немжиру, но вернутся без штанов. Черный поезд жидкой яви подъезжает тихой кошкой, Оставляя свет в окошке между скривченными днями.