Осиам

Буквально год назад гонял он чаек на пляже. Счастлив был, тоску забыв на время даже. Оставляя следы на песке, бежал он за птицами, Поднимая руки, как крылья, летать надеждой научиться Бы. Ответь, сестрица мне, ты помнишь небо, Море белых чаек? Слышишь ветер? Он кроны деревьев качает. Волны бегут, нам пену оставляя лишь. Ты представляешь море себе? Это второе небо, но только на земле среди скал. Скажи, где мать сейчас? Ведь я всегда ее искал. Ведь я всегда ее искал. А сядет песок, и ветер дуть перестанет. Вот так вот запросто Гиль сана не станет. Но кто же мог знать, что жизнь так обманет? Куда-то тянет песок, куда-то тянут ветра. Он был ребенком вчера еще, но кровь больше не Течет, не бьется сердце более. За что так много соли мне? Прости, Гильми, прошу, пойми. Снег растаял, а шаров по-прежнему лежит на крыльце. Его улыбка чистая всегда была на лице. Как мало было друзей, как много было врагов. Я помню, пел соловей, но в песне не было Слов. Дорога вела, и шли они, стирая подошвы, Оставлены прошлым. Вы жизнью брошены были тогда, порывы ветров сердца Остудили. Сердца остудили, остудили, сердца остудили. Болотная пыль летела по лесу. Ветра игрались, пытаясь разогнать эту завесу. Горы вокруг, горы лишь. И ты по-прежнему со мной споришь. Холодные потоки горных ручьев бежали с отражением Туч и слов. Ведь плачет небо, а значит, Плачет осень. Ту грусть в душе по-прежнему мы носим. А вот уже зима им дышит в спину. Глаза покрыты пленкой, ее не скинуть. Хлопья снега покрывали глину. Последнее, что помнил он, он полюбил картину. Он полюбил картину. картину. Тянули дни, но память не давала спать ночью. Слезы бежали, разрывалось сердце в клочья. Чем помочь вам? Что могу я сделать, Гильми? Так тяжко быть детьми. Ну где же ты? Ты так нужна нам в Этот миг. Тишину нарушил крик, вернее, Плач возле реки. Хочется бежать, беги сквозь чащу леса, Ломая тростник на пути. Так хотелось уйти, не видеть лиц, Не видеть слез. Дождь идет и мочит утес. Со мной лишь верный пес и тот остался в Храме. Во сне бывает лечу я к маме. Я был тогда еще совсем ребенком. Тепло тянет осколком, режет душу на исходе ночи. Незаметно дни становились короче. Вокруг все уже засыпало снегом. Он следом за путой бежал. Лишь счастье детства от этой жизни он ждал. Огонь и так забрал все то, что было. И сердце не горело, оно остыло и было немного, Но это было дорого им. Родную мать забрал пожар. Все остальное пепел и дым. Ответь, сестрица мне, ты помнишь небо, Море белых чаек? Слышишь ветер? Он кроны деревьев качает. Волны бегут, нам пену оставляя лишь. Ты представляешь море себе? Это второе небо, но только на земле среди скал. Скажи, где мать сейчас? Ведь я всегда ее искал. Ответь, сестрица мне, ты помнишь небо, Море белых чаек? Слышишь ветер? Он кроны деревьев качает. Волны бегут, нам пену оставляя лишь. Ты представляешь море себе? Это второе небо, но только на земле среди скал. Скажи, где мать сейчас? Ведь я всегда ее искал. Ответь, сестрица мне, ты помнишь небо, Море белых чаек? Слышишь ветер? Он кроны деревьев качает. Волны бегут, нам пену оставляя лишь. Ты представляешь море себе? Это второе небо, но только на земле среди скал. Скажи, где мать сейчас? Ведь я всегда ее искал. Я Всегда искал.