Добрыня и змей, Чт. 1

Русская народная сказка "Добрыня и Змей". Добрынюшке-то матушка говаривала, Да и Никитичу-то матушка наказывала: "Ты не езди-ка далече во чисто поле на тую Гору да Сорочинскую, не топчи-ка молодых змеёнышей, Да не выручай-ка полонов да русских. Не купайся, Добрыня, в Пучай-реке. Та Пучай река очень свирепая, а середняя-то струйка Как огонь сечёт". А Добрыня своей матушки не слушался. Как он едет далече во чисто поле, А на тую на гору Сорочинскую. Потоптал он младых змеёнышей, ай, Повыручил он полонов да русских. Богатырское его сердце распотелося, Распотелось сердце, нажаделося. Он приправил своего добра коня, Он добра коня да ко Пучай-реке. Он слезал, Добрыня, со добра коня, Да снимал Добрыня платье цветное, Да забрёл за струечку за первую, Да он забрёл за струечку за среднюю и сам Говорил да таковы слова: "Мне, Добрынюшке, матушка говаривала, Мне, Никитичу, маменька и наказывала, Что не езди-ка далече во чисто поле На тую гору на Сорочинскую, не топчи-ка Младых змеёнышей, а не выручай полонов да русских, И не купайся, Добрыня, во Пучай-реке. Но Пучай река очень свирепая, а середняя-то Струйка как огонь сечёт. А Пучай река, она кратка, смирна, Она будто лужа-то дождевая". Не успел Добрыня словцом смолвити, Ветра нет, да тучу нанесло. Тучи нет, да будто дождь дождит. Ай, дождя-то нет, да только гром гремит. Гром гремит, да свищет молния. А как летит змейище Горынище а ты их двенадцати о Хоботах. А Добрыня той змеи не приужахнется. Говорит змея ему проклятая: "Ты теперича, Добрыня, во моих руках. Захочу тебя, Добрыня, теперь потоплю, Захочу тебя, Добрыня, теперь съем, Сожру, захочу тебя, Добрыня, в Хобота возьму, в хобота возьму, Добрыня, во нору снесу". Припадает змея как ко быстрой реке, А Добрынюшка-то плавать он горазд ведь был. Он нырнёт на бережок на тамошний, Он нырнёт на бережок на здешний. А нету у Добрынюшки добра коня, Да нету Добрыни платьев цветных, Только лежит один пухов колпак, Да насыпан тот колпак да земли греческой, По весу тот колпак да в целых три пуда. Как ухватил он колпак да земли греческой, Он шибнёт во змею да во проклятую. Он отшиб змеи двенадцать да всех хоботов. Колпак да земли греческой, головной убор странника По святым местам, превращён в метательное оружие. Хоботы, головы. Тут упала змея-то да во ковыль-траву. Добрынюшка на ножку, он был повёрток, Он скочил на змеиные да груди белые. На кресте-то у Добрыни был булатный нож. Он ведь хочет распластать те груди белые, А змея Добрыне ему взмолилася: "Эх ты, эй, Добрыня, сын Никитич, Мы положим с тобой заповедь великую: Тебе не ездити далече на чисто поле на тую На гору Сорочинскую, не топтать больше младых Змеёнышей, а не выручать полонов да русских, Не купаться-ти, Добрыне, во Пучай-реке, И мне не летать да на святую Русь, Не носить людей мне больше русских, Не копить мне полонов да русских". Он повыпустил змею как с-под колен своих. Поднялась змея да вверх под облака.