красное на сером

О, красное на сером! Валера вывалился из алкомаркета, прижимая к груди Бутылку, как младенца. Сыктывкарский морозец кусал щеки, Но ему было наплевать. Внутри горело. Он прислонился к стене, Открутил крышку и глотнул так, будто это последний Глоток воздуха перед казнью. Жизнь внезапно стала хорошей. Напоминала теперь разбитый калейдоскоп. Все те же осколки, но под другим углом. Теткина квартира на четвертом этаже это подарок Судьбы, выпавший вместе со смертью старухи. Маячила вон том сером доме. Валера поднял глаза и замер. На балконе, словно вспышка крови на грязном снегу, Стояла женщина в красном платье. Платье, как из девяностых, с этими рюшками и Блестками. Он отвел взгляд. Надо было кого-то стрельнуть сигарету. Вдруг между домами прошла еще одна женщина в красном Платье. Он вздрогнул, помотал головой. Пошел в сторону дома, припрятав пузырь за пазуху. Вдруг он заметил впереди еще одну женщину в красном Платье. Он стал ускоряться, пытался нагнать ее. Глюк. Мать его ебаную, хрипло засмеялся он. Женщина в красном платье несла под мышкой пачку Туалетной бумаги. Ее каблуки стучали по асфальту, Красная ткань трепетала на ветру, а Валера, Спотыкаясь, думал, что это какой-то знак. Ты чего, мужик, прешься за мной? Обернулась она у помойки. Голос у нее оказался таким же сиплым, как у Него. Алконавты совсем обнаглели. Валера заморгал. Вблизи платье оказалось потертым, Лицо изможденным, а в глазах стояла та же пустота, Что и в его отражении в витрине алкомаркета. Я думал, вы, знаете, как в кино, Пробормотал он. В кино, фыркала женщина. Меня Лена зовут. Иди домой, Валера. Она знала его имя. Откуда? Он шагнул к ней, но Лена юркнула подъезд, Оставив его с тупой догадкой. Наверное, соседка. Телефон друга, Единственного, кто еще брал трубку, видя в Валере Входящий, гудел в пустоту. Серега, ну ответь, думал он. Но Серега, как и тетка, как и Лена, растворился В серой дымке. Он побрел к рюмочной у Гены С замызганными стенами и вечно кислым запахом Внутри. По пути к рюмочной Валера споткнулся о рыжую Дворнягу, свернувшуюся клубком у теплотрассы. Собака не зарычала, просто посмотрела на него Мутными глазами, в которых читалось что-то вроде: ты Тоже здесь застрял. Валера сунул руку в карман, Нащупал полусъеденную шоколадку, развернул, Протянул ей кусок. Собака лениво лизнула плитку, но не стала есть. Понятное дело, махнул он. Даже тварь брезгует. В рюмочной Гена дремал за Стойкой, но вместо него сегодня дежурила девчонка Лет двадцати в розовой кофте. Вам что? Спросила она, глядя на Валеру как на Таракана. Беленький, буркнул он, Швыряя мокрую купюру. Девочка налила. Потом вдруг сказала: вы каждый день Приходите. А ты каждый день ситаешь? Огрызнулся Валера. Нет, просто у меня отец такой же Был. Он замер, обдумывая, как без истерии ответить, Но она уже отвернулась и застучала каблуками в Подсобку. Изрядно хорошенький, он возвращался домой. В подъезде теткиного дома почтовый ящик был забит Мусором, но сегодня там торчал конверт с печатью Сыктывкарского военкомата. Валера разорвал его зубами. Явка для уточнения данных. Они все еще считали его годным. Он снял бумагу, но вдруг заметил на обороте детский Рисунок: синюю речку и домик. Его рука дрогнула. Это была мазня его сына, Которого он не видел пять лет. Конверт явно лежал тут с тех пор, как тетка Была жива. Поднимаясь наверх, держась за перила, Валера обнаружил на лестнице клочок красной ткани, Точно от платья Лены. Он сунул его в карман, словно улику. Вернувшись домой, свалился на кровать и уснул прямо В ботинках. Проснувшись среди ночи, он услышал смех. Женский, звонкий, выше, на пятом этаже. Он вышел в подъезд и задрал голову. В пролете мелькнул силуэт в красном. Он поднялся по ступеням, но дверь квартиры пятьдесят Три была заварена. Там никто не жил уже несколько Лет. Вернувшись домой, он прикончил бутылку, Набрал номер сына. Трубку сняла женщина. Вы ошиблись. Сережа, жалостливо начал он. Нет тут Сережи, бросила она и отключилась. Валера швырнул телефон в стену. Батарейка выпала, и экран погас. Через окно он уловил, как на улице снова мелькнуло Красное пятно. Лена или другая, Или все они одна. Валера закрыл глаза. Завтра. Всегда завтра. Падал первый снег. Как помехи в неподключенном Телевизоре. Засыпая, думал теплотрассе, рюмочной и Платье. В кармане он нащупал красный лоскут. Из другого он вынул помятую бумагу. Там речка, которую он так и не показал сыну. Девчонка в рюмочной во всем была права.