Слова отчаянья E

Никого не осталось. Людишек самое малое собрались в горсть, Глодая собственную кость. Где-то радость, только ненависть и злость на лицах Длится. Эхо войны до сих пор рвется, Ломится, стучится, как шальная птица. И этот шум не прекратится уже который год. Долбится, не по себе становится, глядя на улицы. Точней, что называлось ими. Их поломало время и занесло песками густыми. Небо сменил имя на пламя. Оно живет с нами. Упав на колени, я бью об планету головой и Кулаками. Она покрыта норами, ветрами суровыми, Быстрыми, скорыми. Они кормят землей, а не разговорами. Будто закрыт от мира шторами, наслаждаясь адскими Просторами и вдобавок собственными стонами, Седыми волосами. Но грозил испуг. Я хотел бы знать, выжил хоть Один мой друг после большого взрыва. Много лет него перерыва. Судьба все изменила, в старца превратила. Эта сила почти убила и почти зарыла. Осталось только имя. Все остальное сгнило. Могила из живых, все и всех потерявших напоминает Кучку листьев опавших. Эй, кто остался жив? Кто видел этот взрыв? Кто ощутил потери, но не пошел на срыв? Кто на краю обрыва встретил конец света? Кто наблюдал, как на глазах меняется планета? Как все вокруг явилось к нам в других тонах? Как из ладоней ветер выдувает прах? Как проникает в тело леденящий страх. Слова отчаяния у всех на устах. Эй, кто остался жив? Кто видел этот взрыв? Кто ощутил потери, но не пошел на срыв? Кто на краю обрыва встретил конец света? Кто наблюдал, как на глазах меняется планета? Как все вокруг явилось к нам в других тонах? Как из ладоней ветер выдувает прах? Как проникает в тело леденящий страх. Слова отчаяния у всех на устах. Эй, брат. Эй, брат, ты не один этого взрыва Сын. Я видел все, как он коснулся льдин, Растопил жестокость и смерть, достиг глубин Человеческих душ и в моментах поглотил. Я видел из кровавого заката надежду, Что встречу братьев. И их жду, как прежде. На этой стороне обрыва глаза угасали было. Твое послание отчаяния меня разбудило. Где остальные? Нас ведь так много было. Неужели всех смертельной волной накрыло? Где были небеса? Почему они глаза закрыли? Небеса же нас в нашу сажу и зарыли. Как ангелы-хранители люди их обидели. Видно, так они покинули обители. Сейчас они просто зрители, как и я. Этот взрыв они тоже видели. Эй, кто остался жив, ладонь к сердцу положив, Вспомните не переживших этот взрыв, Лишь пережив агонию, огонь и молнию. Мы поклоняемся теперь этому безмолвию. Глаза закрыты, но сквозь веки проливается слеза. В смертоносном веке лишь гремит гроза. Мир без бедствий страха теперь только в снах, А слова отчаяния у всех на устах. Эй, кто остался жив? Кто видел этот взрыв? Кто ощутил потери, но не пошел на срыв? Кто на краю обрыва встретил конец света? Кто наблюдал, как на глазах меняется планета? Как все вокруг явилось к нам других тонах? Как из ладоней ветер выдувает прах? Как проникает в тело леденящий страх. Слова отчаяния у всех на устах. Эй, кто остался жив? Кто видел этот взрыв? Кто ощутил потери, но не пошел на срыв? Кто на краю обрыва встретил конец света? Кто наблюдал, как на глазах меняется планета? Как все вокруг явилось к нам в других тонах? Как из ладоней ветер выдувает прах? Как проникает в тело леденящий страх. Слова отчаяния у всех на устах.