Медвежонок Джонни. Глава 7

Глава седьмая. В последний раз я видел Джонни на верхушке дерева. Он по привычке визгливо жаловался на свою судьбу, В то время как его мать рыскала между соснами, Ища, на ком бы сорвать злобу. Исключая, конечно, серого медведя или кошек с Котятами. Было начало августа, и в характере старой Гремпи Появились явные признаки перемены. Ее всегда считали ненадёжной, что объяснялось ее Пристрастиями Джонни. Теперь же, к концу месяца, Джонни иногда проводил Полдня на макушке дерева в полном одиночестве, Безо всякого призора, имея жалкий вид. Последняя глава его истории закончилась после того, Как я покинул те края. Однажды на рассвете он по пятам плёлся за своей Матерью, направлявшейся в сторону отеля. Вскоре нанятая ирландка, прислуга, Уже была на ногах в кухне. Выглянув в окно, она, как ей показалось, Увидела теленка в необычном месте и побежала, Чтобы прогнать его. Эта открытая кухонная дверь до сих пор была для Гремпи символом таких ужасов, что она бросилась Бежать без оглядки, в сильном страхе, Который передался и Джонни, который, Не будучи в состоянии поспеть за ней, Бросился к ближайшему дереву, к несчастно Оказавшемуся столбу. Скоро, слишком скоро он очутился на самом верху, На семь футов от земли, и оттуда огласил свежий Утренний воздух своими дикими воплями, В то время как Гремпи, видимо, считала себя вправе Продолжать бегство одна. Когда девушка подошла ближе и увидела, Что она загнала на дерево какое-то дикое животное, То испугалась не меньше своей жертвы. Но явились остальные служащие при кухне люди и, Узнав вопящего Джонни, решили его поймать. Принесли ошейник и цепь, и после борьбы, В течение которой некоторые из людей получили Значительные царапины, ошейник был застегнут на шее Джонни, а цепь прикреплена к столбу. Когда Джонни убедился, что он пойман, Он был слишком взбешен, чтобы визжать. Он кусался, царапался и рвался, Пока не выбился из сил. Тогда он возвысил голос и стал звать мать. Раз или два она показывалась в отдалении, Но не могла решиться еще раз встретиться с кошкой И скрылась, предоставив Джонни его судьбе. Медведица с ревом понеслась прочь. Большую часть дня он метался и плакал. К вечеру он окончательно выбился из сил и был Рад еде, которую принесла ему Нора. Она считала своим долгом матерински заботиться о Нем, так как прогнала его настоящую мать. Ночью было холодно, и Джонни чуть не замерз наверху Столба, пока не решился сойти вниз и воспользоваться Теплой постелью, приготовленной ему. В следующие дни Гремпи часто приходила на свалку Отбросов, но, по-видимому, совсем скоро забыла о Своем сыне. За ним ходила Нора и ежедневно его кормила. Получил он и еще кое-что другое. Однажды, когда она принесла ему корм, Он ее оцарапал, за что она тут же основательно Его высекла, так что он взвыл. Он дулся несколько часов, не привыкший к такому Обращению, Но голод заставил его подчиниться, И с тех пор он почувствовал к своей новой Опекунше боязливое уважение. Она, в свою очередь, приняла участие в несчастном Медвежонке, оставшемся без матери. И через две недели характер Джонни стал показывать Признаки улучшения. Он стал менее крикливым. Голод он по-прежнему выражал жалобными "ррр, Рр, но редко пищал, а неистовые вспышки совсем Прекратились. К концу сентября перемена стала еще разительнее. Окончательно покинутый матерью, Он все свое внимание сосредоточил на Норе. Хорошим кормом и розгой она сделала из него очень Благовоспитанного медвежонка. Иногда она давала ему свободу, И он тогда устремлялся не в лес, А в кухню, где она находилась, и ходил за Ней по пятам на задних лапах. Тут он познакомился со странной кошкой, Но Джонни имел теперь могущественного друга, И киска должна была примириться с черным косматым Непрошеным гостем. По случаю закрытия отеля, предстоявшего в октябре, Начались разговоры о том, чтобы выпустить Джонни на Свободу или отправить его в Вашингтонский Зоологический сад. Но Нора имела на него права, которыми не хотела Поступиться. Когда в последних числах сентября наступили морозные Ночи, характер Джонни сильно изменился к лучшему, Но вместе с тем у него появился зловещий кашель. Исследование показало, что причина недомогания Заключалась не в хромой ноге, а лежала гораздо Глубже, вероятно, в седалищной кости, Что указывало на слабый и маловыносливый организм. Он не жирел, как большинство медведей, Попавших в неволю, а все слабел. Его брюшко совсем ввалилось, кашель усилился, И однажды утром его нашли на ложе у столба Дрожащим и больным. Нора принесла его домой, где тепло так благотворно На него подействовало, что его оставили при кухне. Несколько дней он чувствовал себя лучше. Воскресло даже прежнее любопытство. Он стал живо интересоваться всем, что происходило Вокруг. Особенно привлекал его большой пылающий огонь Кухонного очага. И когда открытая дверь позволяла ему созерцать это Чудо, он по-прежнему принимал свою любимую позу. Через неделю он стал равнодушен и к этому зрелищу И угасал с каждым днем. Наконец, самый громкий шум и живые сцены не могли Уже возбудить в нем былого интереса к окружающему. Он сильно кашлял и имел несчастный вид, Если Нора не брала его на колени. Он с видимым удовольствием сворачивался клубочком и Жалобно визжал, когда она клала его обратно в Корзинку. За несколько дней до закрытия отеля он отказался от Обычной утренней пищи и жалобно стонал, Пока Нора не взяла его на колени. Тогда он слабо прижался к ней, И его тихое "рр, рр" стало еще тише, Потом совсем прекратилось. Через полчаса, когда Нора, чтобы идти работать, Положила его в корзинку, маленький Джонни совсем Потерял возможность интересоваться чем бы то ни Было.