В мраке (Chopped & Screwed)

Я иди делаю, делаю уроки, мне провод спаял Ромка. Музыка, музыка громкая, на рингтоне Эйсаб Роки. Мы вышли в ночную смену в Нью-Йоркер. У вас сельдь по-шубенно луже, а у нас шуба Норковая, дырявая, сделана из норок, Норок. Мужик, так сорок. Из Ашана вынесли творог. Увидимся мы не скоро, ведь мне нужно погладить Ворот. Меня путает Лёня Воронов. Это не Гутан Морген. Как насчитываются шелухи в морге. Мы шипим молимся, чтобы ты не вызвала ментов и Тох. Целю торгов, встал, встал торт медовый. Поссали в глаза Макара, бесстыжие. На тусовках вместо танцев делали финского лыжника. Гематома похожа на булыжник. Дети, дети играют с тушкой стрижа. Никах, украл жениха. Мне кричат, кричат позор, будто я Озон. А как в Москве лежат сандали, вам дают задание Отъебать это, это здание. Голодный, будто на гарнизоне дальнем. Настроение хорошее, когда из еды остался Горошек и приправа от дошика. В мраке живое, блевотина велюра. И свои двадцать слоем туда посыплю еду. Минуя беду, топая бреду. И это, это важно. Жизнь пропетлять так, чтобы живот. Меня наградили перочинным ножом. Женщинам мороженое, мужчинам гвоздики на плиты. На этих руках когда-то носили Патеки, На этих руках жёнка. Этими руками утюгом замывался борщ на пшор. Хуй забугорный хочу прожить так, Чтобы не смогли опознать. Стоп на Краун, на две, две сотки. Жалко, что водитель был туго на четком парфюме. В аське сопли уже стухли. Прям, прям, прям как от Джорджа Марчиана с ума Сойти раджу. С порога родильного дома с кедром. Свое отражение в бензиновой луже. От контрафактной скрутки скручены уши. На диалог пригласил старый домушник. Лицом упасть И им. Время не тай неизбежно. Я выйду из мрака на марке, войду к нему На Infiniti. Кришки на брюки, матрасы говн на упаковку фиников. Я выйду из мрака на марке, К нему на Infiniti. Кришки на брюки, матрасы говн на упаковку Фиников. Я выйду из мрака на марке. Кришки на брюки, матрасы говн упаковку фиников.